Стихи о женщинах войны до слез

Стихи о женщинах на войне

На носилках, около сарая,
На краю отбитого села,
Санитарка шепчет, умирая:
— Я ещё, ребята, не жила…
И бойцы вокруг неё толпятся
И не могут ей в глаза смотреть:
Восемнадцать — это восемнадцать,
Но ко всем неумолима смерть…

Через много лет в глазах любимой,
Что в его глаза устремлены,
Отблеск зарев, колыханье дыма
Вдруг увидит ветеран войны.

Вздрогнет он и отойдет к окошку,
Закурить пытаясь на ходу.
Подожди его, жена, немножко —
В сорок первом он сейчас году.

Там, где возле черного сарая,
На краю отбитого села,
Девочка лепечет, умирая:
— Я ещё, ребята, не жила…

В будни нашего отряда,
в нашу окопную семью
девочка по имени Отрада
принесла улыбку свою.

И откуда на переднем крае,
где даже земля сожжена,
тонких рук доверчивость такая
и улыбки такая тишина?

Пусть, пока мы шагом тяжелым
проходим по улице в бой,
редкие счастливые жены
над ее злословят судьбой.

Ты клянись, клянись, моя рота,
самой высшей клятвой войны:
перед девочкой с Южного фронта
нет у нас ни грамма вины.

А всяких разговоров отрава,
взвивайся воронкою вслед…
Мы идем на Запад, Отрада,
а греха перед пулею нет.

Глаза бойца слезами налиты,
Лежит он, напружиненный и белый,
А я должна приросшие бинты
С него сорвать одним движеньем смелым.
Одним движеньем – так учили нас.
Одним движеньем – только в этом жалость.
Но встретившись со взглядом страшных глаз,
Я на движенье это не решалась.
На бинт я щедро перекись лила,
Стараясь отмочить его без боли.
А фельдшерица становилась зла
И повторяла: “Горе мне с тобою!
Так с каждым церемониться – беда.
Да и ему лишь прибавляешь муки”.
Но раненые метили всегда
Попасть в мои медлительные руки.

Не надо рвать приросшие бинты,
Когда их можно снять почти без боли.
Я это поняла, поймешь и ты.
Как жалко, что науке доброты
Нельзя по книжкам научиться в школе!

Я ушла из детства в грязную теплушку,
В эшелон пехоты, в санитарный взвод.
Дальние разрывы слушал и не слушал
Ко всему привыкший сорок первый год.

Я пришла из школы в блиндажи сырые,
От Прекрасной Дамы в «мать» и «перемать»,
Потому что имя ближе, чем «Россия»,
Никогда я не могла сыскать.

Я родом не из детства — из войны.
И потому, наверное, дороже,
Чем ты, ценю я радость тишины
И каждый новый день, что мною прожит.

Я родом не из детства — из войны.
Раз, пробираясь партизанской тропкой,
Я поняла навек, что мы должны
Быть добрыми к любой травинке робкой.

Я родом не из детства — из войны.
И, может, потому незащищённей:
Сердца фронтовиков обожжены,
А у тебя — шершавые ладони.

Я родом не из детства — из войны.
Прости меня — в том нет моей вины.

До сих пор не совсем понимаю,
Как же я, и худа, и мала,
Сквозь пожары к победному Маю
В кирзачах стопудовых дошла.

И откуда взялось столько силы
Даже в самых слабейших из нас.
Что гадать!– Был и есть у России
Вечной прочности вечный запас.

***
На носилках, около сарая,
На краю отбитого села,
Санитарка шепчет, умирая:
– Я еще, ребята, не жила.

И бойцы вокруг нее толпятся
И не могут ей в глаза смотреть:
Восемнадцать – это восемнадцать,
Но ко всем неумолима смерть.

Через много лет в глазах любимой,
Что в его глаза устремлены,
Отблеск зарев, колыханье дыма
Вдруг увидит ветеран войны.

Вздрогнет он и отойдет к окошку,
Закурить пытаясь на ходу.
Подожди его, жена, немножко –
В сорок первом он сейчас году.

Там, где возле черного сарая,
На краю отбитого села,
Девочка лепечет, умирая:
– Я еще, ребята, не жила.

Я столько раз видала рукопашный,
Раз наяву. И тысячу – во сне.
Кто говорит, что на войне не страшно,
Тот ничего не знает о войне.

Качается рожь несжатая .
Шагают бойцы по ней .
Шагаем и мы –
девчата ,
Похожие на парней .

Нет , это горят не хаты –
То юность моя в огне .
Идут по войне девчата ,
Похожие на парней .

Я только раз видала рукопашный ,
Раз – наяву . И тысячу – во сне .
Кто говорит , что на войне не страшно ,
Тот ничего не знает о войне .

Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.

Жди меня, и я вернусь,
Не желай добра
Всем, кто знает наизусть,
Что забыть пора.
Пусть поверят сын и мать
В то, что нет меня,
Пусть друзья устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое вино
На помин души…
Жди. И с ними заодно
Выпить не спеши.

Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: – Повезло.
Не понять, не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой,-
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.

До сих пор не совсем понимаю,
Как же я, и худа, и мала,
Сквозь пожары к победному Маю
В кирзачах стопудовых дошла.

И откуда взялось столько силы
Даже в самых слабейших из нас.
Что гадать!– Был и есть у России
Вечной прочности вечный запас.

Детский час

для детей и родителей

Женщины и война. Стихи

Есть ли что-то более нелепое, чем сочетание: «Женщины и война»? Казалось бы, это несовместимые понятия. Тем не менее в жизни они сочетались. И не раз. Не раз девчонки с оружием в руках защищали Родину, были на передовой, бомбили с воздуха фашистов. Не раз матери теряли своих детей. Не раз труженицы стояли у станка и делали всё для фронта, для победы.

«Мои героини»
Автор: Э.Бояршинова

Здесь над Волгою
Небо спокойно и сине,
Словно не было
Той самой страшной из войн.
Здесь прошли вы с боями,
Мои героини,
Чтоб спасти синеву
Над моей головой.

Я люблю вас, вчерашних, —
В походных шинелях…
Пусть девчонки –
В атаках никто не дрожал.
Я люблю ваши песни –
За то, что их пели
Перед смертью,
В разлуках, в сырых блиндажах.
Я люблю вашу верность
Товарищам близким –
И спасённым, и павшим
Друзьям боевым.
Эту верность
В молчанье хранят обелиски,
Завещая бессмертную
Память живым.
И теперь вы
Своей безупречной судьбою
Призываете молодость
Правде служить.
Вам ещё –
Поколенья вести за собою:
Вас проверила смерть
И проверила жизнь.
Я люблю вас, сегодняшних, —
Милых и звонких…
Как вы в праздник Победы
Светлы и шумны,
Фронтовые подруги,
Седые девчонки,
Молодые мои ветераны войны!

«Суровый танец»
Автор: Л.Татьяничева

И на току,
И в чистом поле
В войну я слышала не раз:
— А ну-ка, бабы,
Спляшем, что ли!
И начинался сухопляс.
Без музыки.
Без вскриков звонких,
Сосредоточены, строги,
Плясали бабы и девчонки,
По-вдовьи повязав платки.
Не павами по кругу плыли,
С ладами чуткими в ладу,
А будто дробно молотили
Цепами горе-лебеду.
Плясали, словно угрожая
Врагу:
— Хоть трижды нас убей,
Воскреснем мы и нарожаем
Отечеству богатырей!
Наперекор нелёгкой доле,
Да так, чтобы слеза на глаз,
Плясали бабы в чистом поле
Суровый танец –
Сухопляс.

«Ей приснилось, что она – Россия»
Автор: Л.Татьяничева

Пуля, жизнь скосившая сыновью,
Жгучей болью захлестнула мать.
Некого с надеждой и любовью
Ей теперь под кров свой ожидать!
От глухих рыданий обессиля,
Задремала. И приснилось ей,
Будто бы она – сама Россия,
Мать ста миллионов сыновей.
Будто в поле, вихрем опалённом,
Где последний догорает бой,
Кличет, называя поимённо,
Сыновей, что не придут домой.
Беззаветно храбрых и красивых,
Жизнь отдавших, чтоб жила она…
Никогда их не забыть России,
Как морей не вычерпать до дна…
Свет дымится; он пропитан кровью.
Меж убитых тихо мать идёт
И с суровой терпеливой скорбью
В изголовье Вечность им кладёт.
А в душе не иссякает сила.
И лежит грядущее пред ней,
Потому что ведь она – Россия,
Мать ста миллионов сыновей!

«Пусть не в меня в прямом бою…»
Автор: Л.Татьяничева

Пусть не в меня в прямом бою
Вонзался штык чужой огранки,
Прошли сквозь молодость мою
Года
Тяжёлые, как танки.
О трудный марш очередной
За хлебом,
Клеклым от бурьяна,
И над молчаньем площадей
Суровый голос Левитана…

А дети в ватничках худых,
А вдов опущенные плечи!
Нет горше будней фронтовых,
Но эти –
Вряд ли были легче…
Ты знаешь это.
Ты видал
Цеха бессонные, в которых
Из гнева плавится металл,
А слёзы
Превращались в порох.

«Вовкина бабушка»
Автор: Л.Преображенская

Была простая бабушка
У Вовки Черемных.
Ничем не выделялась
Она среди других.

Пекла для Вовки шанежки,
С морковкой пирожки,
Трусы ему стирала
И штопала носки…

Но вот пришёл однажды
Какой-то генерал.
Он крепко-крепко бабушку
При всех расцеловал.

Так вот какая бабушка!
А Вовка и не знал:
Спасён от смерти бабушкой
Вот этот генерал.

И все в отряде знали
Настёну Черемных.
Разведчицей отважной
Слыла она у них.

Теперь для Вовки шанежки
Вкуснее во сто раз.
А всё, что скажет бабушка, —
Как воинский приказ!

«Материнская слава»
Автор: Е.Хоринская

Она при встрече людям говорила:
— Какие ж были у меня дела…
Я никогда в разведку не ходила
И самолеты в небо не вела.

Я в жизни подвигов не совершила,
Жила, как все, в простой семье своей,
Я просто мыла, стряпала и шила,
Да вот еще растила сыновей…

А сыновья ее шептали имя,
Идя родную землю защищать.
И шла она незримо вместе с ними,
Совсем седая, ласковая мать.

В платке цветном встречала за оградой,
Рассматривала молча ордена…
И каждою сыновнею наградой
Она сама была награждена.

Эта запись защищена паролем. Введите пароль, чтобы посмотреть комментарии.

Женщина и война.
методическая разработка по теме

СЦЕНАРИЙ ОБЩЕШКОЛЬНОГО МЕРОПРИЯТИЯ, ПОСВЯЩЕННОГО ДНЮ ПОБЕДЫ. МАТЕРИАЛ МОЖНО ИСПОЛЬЗОВАТЬ И ДЛЯ ПОДГОТОВКИ И ПРОВЕДЕНИЯ КЛАССНОГО ЧАСА.

Скачать:

ВложениеРазмер
Сценарий литературно-музыкальной композиции, посвященной Дню Победы.83.5 КБ

Предварительный просмотр:

Государственная специальная / коррекционная/ школа (VII вида)

№ 5 Центрального района г. Санкт-Петербурга.

63 ГОДОВЩИНЕ ПОБЕДЫ СОВЕТСКОГО НАРОДА

В ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ.

«Женщина и война».

учителя русского языка

Василевской Ольги Александровны.

Литературно-музыкальная композиция, посвящённая 63 годовщине победы советского народа

в Великой Отечественной войне.

«Женщина и война».

О. А. Василевская,

руководитель методического объединения

учителей-словесников ГСКОУ школы

Центрального района Санкт – Петербурга.

Левая часть стены украшена цветами, на правой – цифры 1941-1945г. Над сценой висит плакат с надписью 9 Мая. В центре – экран для мультимедийной презентации.

Звучит в г/з вальс «Осенний сон» (Арчибальд Джойс). Чтецы располагаются с двух сторон экрана.

Советских женщин миллионы –

Вы героини этих лет.

И женский образ окрыленный

Войдет в историю побед. В. Инбер.

1-й: В мир приходит женщина, чтоб свечу зажечь.

2-й: В мир приходит женщина, чтоб очаг беречь.

3-й: В мир приходит женщина, чтоб любимой быть.

4-й: В мир приходит женщина, чтоб дитя родить.

5-й: В мир приходит женщина, чтоб цветам цвести.

6-й: В мир приходит женщина, чтобы мир спасти.

Ведущий: Женщина и война. Оба эти слова женского рода, но как же они несовместимы. Женщина и война.

Женщинам грозных сороковых довелось спасать мир.

Испытанием на мужество, на выносливость для женщин была Великая Отечественная война.

Звучит в г/з фокстрот «Рио – Рита». На фоне музыки дети читают стихи.

Городок провинциальный, летняя жара,
На площадке танцевальной – музыка с утра.
Рио-Рита, Рио-Рита, вертится фокстрот,
На площадке танцевальной – сорок первый год.

Ничего, что немцы в Польше, но сильна страна.
Через месяц и не больше кончится война.
Рио-Рита, Рио-Рита, вертится фокстрот,
На площадке танцевальной – сорок первый год.

Городок провинциальный, летняя жара,
На площадке танцевальной – музыка с утра.
Рио-Рита, Рио-Рита, соло на трубе,
Шевелюра не обрита, ноги при себе.

Ничего, что немцы в Польше, но сильна страна.
Через месяц и не больше кончится война.
Рио-Рита, Рио-Рита, вертится фокстрот,
На площадке танцевальной – сорок первый год.

Внезапно музыка обрывается.

Звучит г/з «Из сообщения о вероломном нападении Германии на СССР» Ю. Левитан.

Звучит в г/з 1 куплет песни «Священная война».

Ведущий : Беззаботная мирная жизнь сменилась военными буднями. Путь к победе был труден и долог. 4 года войны. 1418 дней крови и смертей, боли и горечи утрат, гибели лучших сыновей и дочерей России.

И та, что сегодня прощается с милым,
Пусть боль свою в силу она переплавит.
Мы детям клянемся, клянемся могилам,
Что нас покориться никто не заставит.

Ведущий: 1418 дней беспримерного народного подвига. Ведь факт остаётся фактом: пока наши союзники медлили с открытием второго фронта в Европе, они, наши женщины в первый же день войны открыли его у себя дома. Открыли своим воистину героическим трудом на заводах и фабриках, на полях и на фермах, открыли на всю глубину воюющего тыла и фронта. Преодолевая величайшие трудности военных лет, не щадя сил, они делали всё, чтобы обеспечить фронт тем, что требовалось для победы над врагом.

. Да разве об этом расскажешь

В какие ты годы жила!

Какая безмерная тяжесть

На женские плечи легла.

В то утро простился с тобою

Твой муж, или брат, или сын,

И ты со своею судьбою

Осталась один на один.

Один на один со слезами,

С несжатыми в поле хлебами

Ты встретила эту войну.

И все – без конца и без счета –

Печали, труды и заботы

Пришлись на тебя на одну.

А тучи свисают все ниже,

А громы грохочут все ближе,

Все чаще недобрая весть.

И ты перед всею страною,

И ты перед всею войною

Сказалась – какая ты есть.

Ты шла, затаив свое горе,

Суровым путем трудовым.

Весь фронт, что от моря до моря,

Кормила ты хлебом своим.

В холодные зимы, в метели,

У той у далекой черты

Солдат согревали шинели,

Что сшила заботливо ты.

Бросалися в грохоте, в дыме

Советские воины в бой,

И рушились вражьи твердыни

От бомб, начиненных тобой. М. Исаковский.

Звучит в г/з 3 куплет «Эхо любви» в исп. А. Герман

Ведущий : Великая Отечественная война явила миру пример массового участия советских женщин в защите Отечества. Женщине пришлось стать солдатом.

Я ушла из детства в грязную теплушку,

В эшелон пехоты, в санитарный взвод.

Дальние разрывы слушал и не слушал

Ко всему привыкший сорок первый год.

Я пришла из школы в блиндажи сырые.

От Прекрасной Дамы — в «мать» и «перемать».

Потому что имя ближе, чем «Россия»,

Не смогла сыскать.

У каждой из женщин была своя дорога на фронт. Но побуждение одно – Родина. И желание одно – спасти Родину.

Ученики исполняют 2 куплет песни Б. Окуджавы «До свидания, мальчики. »

Качается рожь несжатая.

Шагают бойцы по ней.

Шагаем и мы — девчата,

Похожие на парней.

Нет, это горят не хаты —

То юность моя в огне.

Идут по войне девчата,

Похожие на парней.

Чтецы читают текст на фоне музыки из к/ф «Белорусский вокзал»

Мы легли у разбитой ели,

Ждем, когда же начнет светлеть.

Под шинелью вдвоем теплее

На продрогшей, сырой земле.

– Знаешь, Юлька, я против грусти,

Но сегодня она не в счет.

Где-то в яблочном захолустье

Мама, мамка моя живет.

У тебя есть друзья, любимый,

У меня лишь она одна.

Пахнет в хате квашней и дымом,

За порогом бурлит весна.

Старой кажется: каждый кустик

Беспокойную дочку ждет.

Знаешь, Юлька, я против грусти,

Но сегодня она не в счет.

Отогрелись мы еле-еле,

Вдруг нежданный приказ: “Вперед!”

Снова рядом в сырой шинели

Светлокосый солдат идет.

С каждым днем становилось горше,

Шли без митингов и знамен.

В окруженье попал под Оршей

Наш потрепанный батальон.

Зинка нас повела в атаку,

Мы пробились по черной ржи,

По воронкам и буеракам,

Через смертные рубежи.

Мы не ждали посмертной славы,

Мы хотели со славой жить.

. Почему же в бинтах кровавых

Светлокосый солдат лежит?

Ее тело своей шинелью

Укрывала я, зубы сжав,

Белорусские ветры пели

О рязанских глухих садах.

– Знаешь, Зинка, я против грусти,

Но сегодня она не в счет.

Где-то в яблочном захолустье

Мама, мамка твоя живет.

У меня есть друзья, любимый,

У нее ты была одна.

Пахнет в хате квашней и дымом,

За порогом бурлит весна.

И старушка в цветастом платье

У иконы свечу зажгла.

Я не знаю, как написать ей,

Чтоб тебя она не ждала.

Дети исполняют 1 куплет песни Б. Окуджавы из к/ф «Белорусский вокзал».

Ведущий : Женщины наравне с мужчинами сражались за свою Родину. Свой непосильный вклад в борьбу с общим врагом внесли женщины-медсёстры. Если они попадали в сложную ситуацию, где приходилось отстреливаться от врага, они бесстрашно брали в свои руки оружие и стреляли, пытаясь спасти раненых.

Только что пришла с передовой
Мокрая, замерзшая и злая,
А в землянке нету никого,
И, конечно, печка затухает.
Так устала – руки не поднять,
Не до дров, – согреюсь под шинелью.
Прилегла, но слышу, что опять
По окопам нашим бьют шрапнелью.
Из землянки выбегаю в ночь,
А навстречу мне рванулось пламя.
Мне навстречу – те, кому помочь
Я должна спокойными руками.

И за то, что снова до утра
Смерь ползти со мною будет рядом,
Мимоходом: “Молодец, сестра!” –
Крикнут мне товарищи в награду.
Да еще сияющий комбат
Руки мне протянет после боя:
– Старшина, родная! Как я рад,
Что опять осталась ты живою! Ю. Друнина.

Фоном звучит проигрыш к песне «Огромное небо».

Ведущий: Многие тысячи советских женщин и девушек отважно сражались за свою отчизну в военно-воздушных силах. Немецкие ассы прозвали их «ночными ведьмами», французские коллеги галантно – «ночными колдуньями». Эскадрильи 125-го гвардейского женского полка состояли только из женщин, они-то и наводили на немцев настоящий страх. За каждый сбитый «рус-фанер» (У-2 и Пе -2), на которых русские девушки бомбили фашистов, Гитлер награждал своих доблестных солдат «Железным Крестом». Большинству летчиц не было и 20 лет.

Ведущий: Конечно, девчонки и на войне оставались девчонками, мечтающими о маминых пирогах и сочиняющими стихи о любви. Они возили в самолетах котят, танцевали в нелетную погоду на аэродроме, вышивали на портянках незабудки, распуская для этого трикотажные кальсоны, и горько плакали, если их почему-либо отстраняли от полетов.

Сто – двести метров над землёй

И только ночь давала шанс

Вернуться из полёта.

Но не всегда девчата возвращались.

За них «Железные Кресты»

Девчонки с искрами в глазах

Вселяли в немцев жуткий страх. О. Шелягина.

Прекрасный фильм «Небесный тихоход»
Речь лишь о ней, о женщине ведёт!

Сквозь темень неба, на ночной Берлин,
Плывёт по небу эскадрильи клин,
Летят бомбардировщики сквозь ночь.
В них лётчицы…. А страхи? Страхи – прочь!

Дети поют 1 куплет и припев песни «Пора в путь-дорогу» из к/ф «Небесный тихоход» (муз. В. Соловьёв – Седой, с. С. Фогельсон).

Ведущий: Солдатская форма, тяжёлые физические нагрузки, армейская дисциплина, мужское окружение, кровь, смерть, ежеминутная опасность и вечно преследующий, но скрываемый страх – всё это является нелёгким испытанием для женщины. Но она не боялась самой тяжёлой работы и выполняла её, эту работу, самоотверженно.

Тяжёлый строй немецких птиц,

Он грозен, как лавина.

А за штурвалом – лётчик Фриц,

Он родом из Берлина.

Имеет много он наград,

Летит бомбить он Ленинград.

Фоном звучит в г/з фокстрот «Рио-Рита».

А там внизу, – кромешный ад

И веет ветер смерти.

Горит земля, дома горят

А наверху, где свет зарниц,

Насвистывает лётчик Фриц.

Но верный у девчонки глаз.

Боец зенитной пушки,

Она в прицел взяла врага –

Попался Фриц на мушку!

Со лба смахнёт девчонка пот:

– Ауфвидерзейн тебе, пилот!

Ведущий: Великая Отечественная война превратила нашу страну в единый военный лагерь, где ярко проявлялось единство тыла и фронта.

Но были и другие лагеря. Созданные фашистами. Концлагеря. Лагеря смерти. В них гибли сотни тысяч стариков, женщин, детей.

Фоном «Аве Мария».

…Три долгих дня без хлеба и воды
В «телятнике», забитом под завязку,
Ждала решенья собственной судьбы,
Надеясь на счастливую развязку.
И хоть, не веря раньше никогда
Ни в дьявола, ни в бога,

Все ж в надежде
Молилась ты, припомнив без труда
Слова молитвы, слышанные прежде…

…На третий день, под вечер, эшелон
Остановился у ворот железных,
И в этот миг ты ясно поняла,
Что все молитвы были бесполезны.
Вокруг высокий каменный забор.
Прожектор, над воротами горящий.
Над аркой входа, словно приговор:
«Оставь надежду всяк, сюда входящий».

Всего три шага… и уже назад
Не повернуть, не бросить взгляд прощальный…
За этой аркой начинался Ад
Не вымышленный, а вполне реальный…
…Ряды бараков, словно строй солдат.
Огромный плац, утоптанный до звона,
Куда согнали, будто на парад,
Всех тех, кто выйти смог из эшелона.

Из тех, кто прибыл, больше сотни душ,
Кто послабей, построили в колонну
И, объявив, что поведут их «в душ»,
Как скот, погнали в дальний угол зоны.
Оставшихся, еще раз сосчитав,
Распределили по жилым баракам…
И с той минуты ты надолго стала
Песчинкой малой в жутком море мрака…

Ведущий: 1418 дней шагала женщина по фронтовым дорогам, преодолевая все трудности и невзгоды военной жизни, восхищая своей выносливостью, воодушевляя молодых малоопытных солдат. Она не только спасала, перевязывала раненых, но и бомбила, подрывала мосты, уходила в разведку, брала «языка», стреляла из «снайперки».

Лихо сдвинет Нина шапку набекрень,

Вскинет снайперку-винтовку на ремень,

И халат свой снежно-белый застегнет –

Рано утром на “охоту” ведь пойдет.

Тихо, слишком тихо все вокруг.

Притаился снайпер на снегу.

Ну, коль враг попал на мушку,

Увеличил счет свой снайпер – мести счет.

С легким сердцем, напевая, в полк идет.

Лихо сдвинув шапку набекрень,

Вскинув снайперку-винтовку на ремень.

Женщина на войне – уже подвиг. Как это ни странно, но ни один европейский язык не имеет слова хотя бы приблизительного значения. Если когда-нибудь в языки мира войдет русское слово «подвиг», в том будет доля и свершённого в годы войны советской женщиной, державшей на своих плечах тыл, сберёгшей детишек и защищавшей страну вместе с мужчинами.

Фоном звучит в г/з «Венский вальс».

Мы стояли у Москвы-реки,

Теплый ветер платьем шелестел.

Почему-то вдруг из-под руки

На меня ты странно посмотрел.

Так порою на чужих глядят.

Посмотрел и улыбнулся мне:

« Ну какой же из тебя солдат?

– Как была ты, право, на войне?

Неужель спала ты на снегу,

Автомат пристроив в головах?

Я тебя представить не могу

В стоптанных солдатских сапогах!»

Я же вечер вспомнила другой:

Минометы били, падал снег.

И сказал мне тихо дорогой,

На тебя похожий человек:

«Вот лежим и мерзнем на снегу

Будто и не жили в городах.

Я тебя представить не могу

В туфлях на высоких каблуках. » Ю. Друнина.

Нет, это не заслуга, а удача

Стать девушке солдатом на войне.

Когда б сложилась жизнь моя иначе,

Как в День Победы стыдно было б мне.

С восторгом нас, девчонок, не встречали,

Нас гнал домой охрипший военком.

Так было в сорок первом. А медали

И прочие регалии – потом.

Смотрю назад, в продымленные дали:

Нет, не заслугой в тот зловещий год,

А высшей честью школьницы считали

Возможность умереть за свой народ. Ю. Друнина.

Ведущий: Не забыть им светлый майский день, замер строй полка. Боевые награды на гимнастерках. Обветренные юные лица. Кое у кого выбиваются светлые прядки волос из-под пилоток и шлемов. А глаза то светятся радостью, то суровеют, потому что не все стоят в этом строю. Многие отдали за чистое небо, за победу свои жизни. И надо чтобы о них помнили.

Г/з. Ю. Левитан. Минута молчания. Бой курантов.

О, женщины войны, – лихой годины!

Вы пережили столько, что не передать словами.

Победы знамя над Берлином

Водружено и вашими руками!

Вот почему сынов Отчизны воинскую славу

Вы разделили, женщины, по праву. В. Слёзкин.

Ведущий: Женщины отгремевшей войны. Трудно найти слова, достойные того подвига, что они совершили. Судьбы их не измерить привычной мерой, и жить им вечно — в благодарной памяти народной, в цветах, весеннем сиянии березок, в первых шагах детей по той земле, которую они отстояли.

Звучит песня «Аист на крыше» в исполнении детского хора (муз. Д. Тухманова, сл. А. Поперечного).

Список использованной литературы:

  1. Сборник стихов «Путешествие в страну Поэзия». Л., «Лениздат», 1988 г.
  2. Л. М. Вакуленко «… Достойны быть названы поимённо», СПб, 2005 г.
  3. Ю. Друнина. «Неповторимый звёздный час». М, 2000 г.
  4. Интернет – сайты:
  1. www. for me.ru
  2. www. Стихи.ру
  3. Огонь войны. Сайт Алёны Дружининой 2005-2009.

До свидания, мальчики.

Ах, война, что ж ты, подлая, сделала:

Вместо свадеб – разлуки и дым.

Наши девочки платьица белые

Раздарили сестренкам своим.

Сапоги – ну куда от них денешься?

Да зеленые крылья погон.

Вы наплюйте на сплетников, девочки,

Мы сведем с ними счеты потом.

Пусть болтают, что верить вам не во что,

Что идете войной наугад.

До свидания, девочки!

Девочки, постарайтесь вернуться назад.

Песня из к/ф «Белорусский вокзал».

Здесь птицы не поют,

Деревья не растут,

И только мы плечом к плечу

Врастаем в землю тут.

Горит и кружится планета,

Над нашей Родиною дым.

И, значит, нам нужна одна Победа,

Одна на всех – мы за ценой не постоим. – 2 раза

Нас ждёт огонь смертельный,

И всё ж бессилен он.

Сомненья прочь уходит в ночь отдельный

Десятый наш десантный батальон. – 2 раза.

Песня из к/ф «Небесный тихоход».

Дождливым вечером, вечером, вечером,

Когда пилотам, прямо скажем, делать нечего,

Мы приземлимся за столом,

Поговорим о том, о сём

И нашу песенку любимую споём.

Пора в путь-дорогу

Дорогу дальнюю, дальнюю, дальнюю идём.

Над милым порогом качну серебряным тебе крылом.

Стихи о женщинах войны до слез

Вторник, 08 Мая 2012 г.

Фото Юлия Друнина. 1944г.
. Школьным вечером,
Хмурым летом,
Бросив книги и карандаш,
Встала девочка с парты этой
И шагнула в сырой блиндаж.

Глаза бойца слезами налиты,
Лежит он, напружиненный и белый,
А я должна приросшие бинты
С него сорвать одним движеньем смелым.
Одним движеньем – так учили нас.
Одним движеньем – только в этом жалость.
Но встретившись со взглядом страшных глаз,
Я на движенье это не решалась.
На бинт я щедро перекись лила,
Стараясь отмочить его без боли.
А фельдшерица становилась зла
И повторяла: “Горе мне с тобою!
Так с каждым церемониться – беда.
Да и ему лишь прибавляешь муки”.
Но раненые метили всегда
Попасть в мои медлительные руки.

Не надо рвать приросшие бинты,
Когда их можно снять почти без боли.
Я это поняла, поймешь и ты.
Как жалко, что науке доброты
Нельзя по книжкам научиться в школе!

Это первое стихотворение, которое я прочитала у Друниной.
Школьные годы. Подготовка к вечеру, посвященному 9 Мая. Нужно было найти стихи для выступления. Встретила стихи “Бинты”. Случайно.
В таких случаях говорят: “Они сами нашли меня”. Конечно же, стала читать подборку стихов дальше. Не могла оторваться. Стихи на военную тематику. Вот когда прошли через сердце слова: – – У ВОЙНЫ НЕ ЖЕНСКОЕ ЛИЦО. Самое известное стихотворение Юлии Друниной.
***
Я столько раз видала рукопашный,
Раз наяву. И тысячу – во сне.
Кто говорит, что на войне не страшно,
Тот ничего не знает о войне.
1943
Краткие, но в строчки вкладывается столько смысла.
Светлая память им, всем, прошедшим войну. Они, действительно-святые люди. Хотя сами они утверждают, что просто защищали Родину. И еще говорят, что это была их жизнь, пусть и на войне, но ЖИЗНЬ – с Любовью, Дружбой. Она, жизнь, не была грустной, трагической, а яркой, искрометной. НАСТОЯЩЕЙ.

* * *
Я ушла из детства в грязную теплушку,
В эшелон пехоты, в санитарный взвод.
Дальние разрывы слушал и не слушал
Ко всему привыкший сорок первый год.

Я пришла из школы в блиндажи сырые,
От Прекрасной Дамы в «мать» и «перемать»,
Потому что имя ближе, чем «Россия»,
Никогда я не могла сыскать.

* * *
Я родом не из детства — из войны.
И потому, наверное, дороже,
Чем ты, ценю я радость тишины
И каждый новый день, что мною прожит.

Я родом не из детства — из войны.
Раз, пробираясь партизанской тропкой,
Я поняла навек, что мы должны
Быть добрыми к любой травинке робкой.

Я родом не из детства — из войны.
И, может, потому незащищённей:
Сердца фронтовиков обожжены,
А у тебя — шершавые ладони.

Я родом не из детства — из войны.
Прости меня — в том нет моей вины.

Памятник “Сестричка”
ЗАПАС ПРОЧНОСТИ

До сих пор не совсем понимаю,
Как же я, и худа, и мала,
Сквозь пожары к победному Маю
В кирзачах стопудовых дошла.

И откуда взялось столько силы
Даже в самых слабейших из нас.
Что гадать!– Был и есть у России
Вечной прочности вечный запас.

***
На носилках, около сарая,
На краю отбитого села,
Санитарка шепчет, умирая:
– Я еще, ребята, не жила.

И бойцы вокруг нее толпятся
И не могут ей в глаза смотреть:
Восемнадцать – это восемнадцать,
Но ко всем неумолима смерть.

Через много лет в глазах любимой,
Что в его глаза устремлены,
Отблеск зарев, колыханье дыма
Вдруг увидит ветеран войны.

Вздрогнет он и отойдет к окошку,
Закурить пытаясь на ходу.
Подожди его, жена, немножко –
В сорок первом он сейчас году.

Там, где возле черного сарая,
На краю отбитого села,
Девочка лепечет, умирая:
– Я еще, ребята, не жила.


КОМБАТ

Когда, забыв присягу, повернули
В бою два автоматчика назад,
Догнали их две маленькие пули –
Всегда стрелял без промаха комбат.

Упали парни, ткнувшись в землю грудью,
А он, шатаясь, побежал вперед.
За этих двух его лишь тот осудит,
Кто никогда не шел на пулемет.

Потом в землянке полкового штаба,
Бумаги молча взяв у старшины,
Писал комбат двум бедным русским бабам,
Что. смертью храбрых пали их сыны.

И сотни раз письмо читала людям
В глухой деревне плачущая мать.
За эту ложь комбата кто осудит?
Никто его не смеет осуждать!

***
Целовались.
Плакали
И пели.
Шли в штыки.
И прямо на бегу
Девочка в заштопанной шинели
Разбросала руки на снегу.

Мама!
Мама!
Я дошла до цели.
Но в степи, на волжском берегу,
Девочка в заштопанной шинели
Разбросала руки на снегу.

* * *
Кто-то плачет, кто-то злобно стонет,
Кто-то очень-очень мало жил.
На мои замерзшие ладони голову товарищ положил.
Так спокойны пыльные ресницы,
А вокруг нерусские поля.
Спи, земляк, и пусть тебе приснится
Город наш и девушка твоя.
Может быть в землянке после боя
На колени теплые ее
Прилегло кудрявой головою
Счастье беспокойное мое.

ТЫ ДОЛЖНА!

Побледнев,
Стиснув зубы до хруста,
От родного окопа
Одна
Ты должна оторваться,
И бруствер
Проскочить под обстрелом
Должна.
Ты должна.
Хоть вернешься едва ли,
Хоть “Не смей!”
Повторяет комбат.
Даже танки
(Они же из стали!)
В трех шагах от окопа
Горят.
Ты должна.
Ведь нельзя притворяться
Перед собой,
Что не слышишь в ночи,
Как почти безнадежно
“Сестрица!”
Кто-то там,
Под обстрелом, кричит.

* * *
Нет, это не заслуга, а удача
Стать девушке солдатом на войне.
Когда б сложилась жизнь моя иначе,
Как в День Победы стыдно было б мне!

С восторгом нас, девчонок, не встречали:
Нас гнал домой охрипший военком.
Так было в сорок первом. А медали
И прочие регалии потом.

Смотрю назад, в продымленные дали:
Нет, не заслугой в тот зловещий год,
А высшей честью школьницы считали
Возможность умереть за свой народ.

Качается рожь несжатая.
Шагают бойцы по ней.
Шагаем и мы-девчата,
Похожие на парней.

Нет, это горят не хаты –
То юность моя в огне.
Идут по войне девчата,
Похожие на парней.
1942

ЗИНКА
Памяти однополчанки —
Героя Советского Союза
Зины Самсоновой

1
Мы легли у разбитой ели.
Ждем, когда же начнет светлеть.
Под шинелью вдвоем теплее
На продрогшей, гнилой земле.

– Знаешь, Юлька, я – против грусти,
Но сегодня она не в счет.
Дома, в яблочном захолустье,
Мама, мамка моя живет.
У тебя есть друзья, любимый,
У меня – лишь она одна.
Пахнет в хате квашней и дымом,
За порогом бурлит весна.

Старой кажется: каждый кустик
Беспокойную дочку ждет.
Знаешь, Юлька, я – против грусти,
Но сегодня она не в счет.

Отогрелись мы еле-еле.
Вдруг приказ: “Выступать вперед!”
Снова рядом, в сырой шинели
Светлокосый солдат идет.

2
С каждым днем становилось горше.
Шли без митингов и знамен.
В окруженье попал под Оршей
Наш потрепанный батальон.

Зинка нас повела в атаку.
Мы пробились по черной ржи,
По воронкам и буеракам
Через смертные рубежи.

Мы не ждали посмертной славы.-
Мы хотели со славой жить.
. Почему же в бинтах кровавых
Светлокосый солдат лежит?

Ее тело своей шинелью
Укрывала я, зубы сжав.
Белорусские ветры пели
О рязанских глухих садах.

3
– Знаешь, Зинка, я против грусти,
Но сегодня она не в счет.
Где-то, в яблочном захолустье,
Мама, мамка твоя живет.

У меня есть друзья, любимый,
У нее ты была одна.
Пахнет в хате квашней и дымом,
За порогом стоит весна.

И старушка в цветастом платье
У иконы свечу зажгла.
. Я не знаю, как написать ей,
Чтоб тебя она не ждала?!
1944

Я не привыкла,
Чтоб меня жалели,
Я тем гордилась, что среди огня
Мужчины в окровавленных шинелях
На помощь звали девушку –
Меня.

Но в этот вечер,
Мирный, зимний, белый,
Припоминать былое не хочу,
И женщиной –
Растерянной, несмелой –
Я припадаю к твому плечу.


***
И откуда
Вдруг берутся силы
В час, когда
В душе черным-черно.
Если б я
Была не дочь России,
Опустила руки бы давно,
Опустила руки
В сорок первом.
Помнишь?
Заградительные рвы,
Словно обнажившиеся нервы,
Зазмеились около Москвы.
Похоронки,
Раны,
Пепелища.
Память,
Душу мне
Войной не рви,
Только времени
Не знаю чище
И острее
К Родине любви.
Лишь любовь
Давала людям силы
Посреди ревущего огня.
Если б я
Не верила в Россию,
То она
Не верила б в меня.

Два вечера.

Мы стояли у Москвы-реки,
Теплый ветер платьем шелестел.
Почему-то вдруг из-под руки
На меня ты странно посмотрел –
Так порою на чужих глядят.
Посмотрел и улыбнулся мне:
– Ну, какой же из тебя солдат?
Как была ты, право, на войне?
Неужель спала ты на снегу,
Автомат пристроив в головах?
Понимаешь, просто не могу
Я тебя представить в сапогах.

Я же вечер вспомнила другой:
Минометы били, падал снег.
И сказал мне тихо дорогой,
На тебя похожий человек:
– Вот, лежим и мерзнем на снегу,
Будто и не жили в городах.
Я тебя представить не могу
В туфлях на высоких каблуках.

* * *
Ждала тебя.
И верила.
И знала:
Мне нужно верить, чтобы пережить
Бои,
походы,
вечную усталость,
Ознобные могилы-блиндажи.
Пережила.
И встреча под Полтавой.
Окопный май.
Солдатский неуют.
В уставах незаписанное право
На поцелуй,
на пять моих минут.
Минуту счастья делим на двоих,
Пусть — артналет,
Пусть смерть от нас —
на волос.
Разрыв!
А рядом —
нежность глаз твоих
И ласковый йне
срывающийся голос.
Минуту счастья делим на двоих.


* * *
Нет, это не заслуга, а удача
Стать девушке солдатом на войне.
Когда б сложилась жизнь моя иначе,
Как в День Победы стыдно было б мне!

С восторгом нас, девчонок, не встречали:
Нас гнал домой охрипший военком.
Так было в сорок первом. А медали
И прочие регалии потом.

Смотрю назад, в продымленные дали:
Нет, не заслугой в тот зловещий год,
А высшей честью школьницы считали
Возможность умереть за свой народ.

“Война — преходяща, а лирика — вечна”

Стихотворения, поэмы и песни о Великой Отечественной войне

Борис Лихарев. «Ленинградка».

Навсегда дорогой, неизменчивый, Облик твой неподкупен и строг. Вот идет ленинградская женщина, Зябко кутаясь в темный платок. Путь достался не близкий, не маленький, Тяжко ухает пушечный гром. Ты надела тяжелые валенки, Подпоясалась ремешком. А в суровую полночь морозную Из-за туч не проглянет луна, Ночь распорота вспышками грозными, В мирный дом твой ворвалась война. Только нет, […]

Микола Шпак. «Марине».

Пробираясь лесом в непогоду, Ты в отряд пришла, мечтая об одном: Стать бойцом, сражаться за свободу До победы полной над врагом. Мы тобой в тяжелый день гордились. Ты отважная, как все у нас, была… Раз в отряд друзья не возвратились, Ты друзьям на выручку пошла. Где же ты, подруга боевая? Мы искали, ждали, а тебя […]

Виктор Гусев. «Сестра».

Друзья, вы говорили о героях,Глядевших смерти и свинцу в глаза.Я помню мост, сраженье над рекою,Бойцов, склонившихся над раненой сестрою.Я вам хочу о ней сегодня рассказать.Как описать ее?Обычная такая.Запомнилась лишь глаз голубизна.Веселая, спокойная, простая,Как ветер в жаркий день, являлась к нам она. Взглянули б на нее, сказали бы: девчонка!Такой на фронт? Да что вы! Убежит.И вот […]

Вера Инбер. «Девушка родная».

Прекрасен, юн, сосредоточен, собран, В огне войны, в пороховом дыму, Он вырастает, этот женский образ, — Дочь, верная народу своему. Так молода… Лет двадцать, даже меньше, Но ей по силам мужественный труд. Она из тех как будто слабых женщин, Которые так редко устают. Под пулями, не дорожа собою, Она бойцу накладывает жгут. Недаром раненный на […]

Вера Инбер. «Заботливая женская рука».

На вид она не очень-то крепка, Когда дитя качает в колыбели. Но как, друзья, сильна она на деле — Заботливая женская рука! Она не только пестует свой дом, Не только нежность к детям ей знакома, В родной стране она везде как дома, Она в беде прикроет, как щитом. Когда от бомб в стропилах чердака — […]

Юлия Друнина. «Солдатские будни».

Только что пришла с передовой Мокрая, замерзшая и злая, А в землянке нету никого, И конечно, печка затухает. Так устала — руки не поднять, Не до дров — согреюсь под шинелью. Прилегла, но слышу, что опять По окопам нашим бьют шрапнелью. Из землянки выбегаю в ночь, А навстречу мне рванулось пламя, Мне навстречу — те, […]

Юлия Друнина. «Зинка».

Памяти однополчанки Героя Советского Союза Зины Самсоновой I Мы легли у разбитой ели, Ждем, когда же начнет светлеть. Под шинелью вдвоем теплее На продрогшей, гнилой земле. — Знаешь, Юлька, я против грусти, Но сегодня она не в счет. Дома, в яблочном захолустье, Мама, мамка моя живет. У тебя есть друзья, любимый. У меня — лишь […]

Юлия Друнина. «Я ушла из детства в грязную теплушку…»

Я ушла из детства в грязную теплушку, В эшелон пехоты, в санитарный взвод. Дальние разрывы слушал и не слушал Ко всему привычный сорок первый год. Я пришла из школы в блиндажи сырые, От Прекрасной Дамы в «мать» и «перемать», Потому что имя ближе, чем «Россия», Не могла сыскать. 1942 Источник: Поэзия периода Великой Отечественной войны […]

Владимир Жуков. «На запад».

Поставленная девичьей рукой в последнем русском выжженном местечке, мне с праздничною надписью такой на КПП запомнилась дощечка. Здесь был конец моей родной земли, такой огромной… Дальше шла чужбина, куда друзья мои уже прошли и шли потоком танки и машины. В нагольном полушубке под ремень на перекрестке девушка стояла.Веселыми флажками в этот день она нас всех […]

Евгений Долматовский «Регулировщица».

На перекресток из-за рощицы Колонна выползет большая. Мадонна и регулировщица Стоят, друг другу не мешая. Шофер грузовика тяжелого, Не спавший пять ночей, быть может, Усталую поднимет голову И руку к козырьку приложит. И вдруг навек ему запомнится, Как сон, как взмах флажка короткий, Автодорожная законница С кудряшками из-под пилотки. И, затаив тоску заветную, Не женщине […]

«Отрада». Стихи о женщинах на войне

Отрада Булат Окуджава

В будни нашего отряда, в нашу окопную семью девочка по имени Отрада принесла улыбку свою.

И откуда на переднем крае, где даже земля сожжена, тонких рук доверчивость такая и улыбки такая тишина?

Пусть, пока мы шагом тяжелым проходим по улице в бой, редкие счастливые жены над ее злословят судьбой.

Ты клянись, клянись, моя рота, самой высшей клятвой войны: перед девочкой с Южного фронта нет у нас ни грамма вины.

А всяких разговоров отрава, взвивайся воронкою вслед. Мы идем на Запад, Отрада, а греха перед пулею нет.

Памяти однополчанки – Героя Советского Союза Зины Самсоновой.

Мы легли у разбитой ели,

Ждем, когда же начнет светлеть.

Под шинелью вдвоем теплее

На продрогшей, сырой земле.

– Знаешь, Юлька, я против грусти,

Но сегодня она не в счет.

Где-то в яблочном захолустье

Мама, мамка моя живет.

У тебя есть друзья, любимый,

У меня лишь она одна.

Пахнет в хате квашней и дымом,

За порогом бурлит весна.

Старой кажется: каждый кустик

Беспокойную дочку ждет.

Знаешь, Юлька, я против грусти,

Но сегодня она не в счет.

Отогрелись мы еле-еле,

Вдруг нежданный приказ: “Вперед!”

Снова рядом в сырой шинели

Светлокосый солдат идет.

С каждым днем становилось горше,

Шли без митингов и знамен.

В окруженье попал под Оршей

Наш потрепанный батальон.

Зинка нас повела в атаку,

Мы пробились по черной ржи,

По воронкам и буеракам,

Через смертные рубежи.

Мы не ждали посмертной славы,

Мы хотели со славой жить.

. Почему же в бинтах кровавых

Светлокосый солдат лежит?

Ее тело своей шинелью

Укрывала я, зубы сжав,

Белорусские ветры пели

О рязанских глухих садах.

– Знаешь, Зинка, я против грусти,

Но сегодня она не в счет.

Где-то в яблочном захолустье

Мама, мамка твоя живет.

У меня есть друзья, любимый,

У нее ты была одна.

Пахнет в хате квашней и дымом,

За порогом бурлит весна.

И старушка в цветастом платье

У иконы свечу зажгла.

Я не знаю, как написать ей,

Чтоб тебя она не ждала.

Стиснув зубы до хруста,

От родного окопа

Ты должна оторваться,

Проскочить под обстрелом

Хоть вернешься едва ли,

(Они же из стали!)

В трех шагах от окопа

Ведь нельзя притворяться

Что не слышишь в ночи,

Как почти безнадежно

Под обстрелом, кричит.

«Убивали молодость мою…»

Убивали молодость мою

Из винтовки снайперской,

И при артобстреле.

Возвратилась с фронта я домой

Раненой, но сильной и прямой –

Едва держалась в теле.

И опять летели пули вслед:

Хотя бы малость.

Удержалась где-то на краю,

Снова не согнулась,

Беды безмерной гнет:

А смерть любого гнет.

Только я себя не потеряла.

Сердце не состарилось

Ударяет в грудь,

. Да разве об этом расскажешь

В какие ты годы жила!

Какая безмерная тяжесть

На женские плечи легла.

В то утро простился с тобою

Твой муж, или брат, или сын,

И ты со своею судьбою

Осталась один на один.

Один на один со слезами,

С несжатыми в поле хлебами

Ты встретила эту войну.

И все – без конца и без счета –

Печали, труды и заботы

Пришлись на тебя на одну.

Одной тебе – волей-неволей –

А надо повсюду поспеть;

Одна ты и дома и в поле,

Одной тебе плакать и петь.

А тучи свисают все ниже,

А громы грохочут все ближе,

Все чаще недобрая весть.

И ты перед всею страною,

И ты перед всею войною

Сказалась – какая ты есть.

Ты шла, затаив свое горе,

Суровым путем трудовым.

Весь фронт, что от моря до моря,

Кормила ты хлебом своим.

В холодные зимы, в метели,

У той у далекой черты

Солдат согревали шинели,

Что сшила заботливо ты.

Бросалися в грохоте, в дыме

Советские воины в бой,

И рушились вражьи твердыни

От бомб, начиненных тобой.

За все ты бралася без страха.

И, как в поговорке какой,

Была ты и пряхой и ткахой,

Умела – иглой и пилой.

Рубила, возила, копала –

Да разве всего перечтешь?

А в письмах на фронт уверяла,

Что будто б отлично живешь.

Бойцы твои письма читали,

И там, на переднем краю,

Они хорошо понимали

Святую неправду твою.

И воин, идущий на битву

И встретить готовый ее,

Как клятву, шептал, как молитву,

Далекое имя твое.

«Качается рожь несжатая …» Юлия Друнина

Качается рожь несжатая . Шагают бойцы по ней . Шагаем и мы – девчата , Похожие на парней .

Нет , это горят не хаты – То юность моя в огне . Идут по войне девчата , Похожие на парней .

Я только раз видала рукопашный , Раз – наяву . И тысячу – во сне . Кто говорит , что на войне не страшно , Тот ничего не знает о войне .

Читайте также:  Cтихи любимой девушке о любви к ней
Ссылка на основную публикацию
×
×