Стихи Высоцкого о любви к женщине

Владимир Высоцкий – о любви

завтра Владимир Высоцкий отпраздновал бы свой 80-ый день рождения. Он любил жизнь, он любил песни, он любил женщин.

Я ЛЮБИЛ И ЖЕНЩИН И ПРОКАЗЫ.

Я любил и женщин и проказы:
Что ни день, то новая была,-
И ходили устные рассказы
Про мои любовные дела.

И однажды как-то на дороге
Рядом с морем – с этим не шути –
Встретил я одну из очень многих
На моем на жизненном пути.

А у ней – широкая натура,
А у ней – открытая душа,
А у ней – отличная фигура,-
А у меня в кармане – ни гроша.

Ну а ей – в подарок нужно кольца;
Кабаки, духи из первых рук,-
А взамен – немного удовольствий
От ее сомнительных услуг.

“Я тебе,- она сказала,- Вася,
Дорогое самое отдам. ”
Я сказал: “За сто рублей согласен,-
Если больше – с другом пополам!”

Женщины – как очень злые кони:
Захрипит, закусит удила.
Может, я чего-нибудь не понял,
Но она обиделась – ушла.

. Через месяц улеглись волненья –
Через месяц вновь пришла она,-
У меня такое ощущенье,
Что ее устроила цена!
****************************************************

О НАШЕЙ ВСТРЕЧЕ ЧТО ТАМ ГОВОРИТЬ.

О нашей встрече что там говорить! –
Я ждал ее, как ждут стихийных бедствий,-
Но мы с тобою сразу стали жить,
Не опасаясь пагубных последствий.

Я сразу сузил круг твоих знакомств,
Одел, обул и вытащил из грязи,-
Но за тобой тащился длинный хвост –
Длиннющий хвост твоих коротких связей.

Потом, я помню, бил друзей твоих:
Мне с ними было как-то неприятно,-
Хотя, быть может, были среди них
Наверняка отличные ребята.

О чем просила – делал мигом я,-
Мне каждый час хотелось ночью брачной.
Из-за тебя под поезд прыгал я,
Но, слава богу, не совсем удачно.

И если б ты ждала меня в тот год,
Когда меня отправили “на дачу”,-
Я б для тебя украл весь небосвод
И две звезды Кремлевские в придачу.

И я клянусь – последний буду гад!-
Не ври, не пей – и я прощу измену,-
И подарю тебе Большой театр
И Малую спортивную арену.

А вот теперь я к встрече не готов:
Боюсь тебя, боюсь ночей интимных –
Как жители японских городов
Боятся повторенья Хиросимы.
**************************************************

ЛЮБЛЮ ТЕБЯ СЕЙЧАС, НЕ ТАЙНО – НАПОКАЗ.

Люблю тебя сейчас, не тайно – напоказ.
Не “после” и не “до” в лучах твоих сгораю.
Навзрыд или смеясь, но я люблю сейчас,
А в прошлом – не хочу, а в будущем – не знаю.

В прошедшем “я любил” – печальнее могил,-
Все нежное во мне бескрылит и стреножит,
Хотя поэт поэтов говорил:
“Я вас любил, любовь еще, быть может. “

Так говорят о брошенном, отцветшем –
И в этом жалость есть и снисходительность,
Как к свергнутому с трона королю.
Есть в этом сожаленье об ушедшем
Стремленьи, где утеряна стремительность,
И как бы недоверье к “я люблю”.

Люблю тебя теперь – без пятен, без потерь,
Мой век стоит сейчас – я вен не перережу!
Во время, в продолжение, теперь –
Я прошлым не дышу и будущим не брежу.

Приду и вброд, и вплавь к тебе – хоть обезглавь!-
С цепями на ногах и с гирями по пуду.
Ты только по ошибке не заставь,
Чтоб после “я люблю” добавил я “и буду”.

Есть горечь в этом “буду”, как ни странно,
Подделанная подпись, червоточина
И лаз для отступленья, про запас,
Бесцветный яд на самом дне стакана.
И словно настоящему пощечина, –
Сомненье в том, что “я люблю” сейчас.

Смотрю французский сон с обилием времен,
Где в будущем – не так, и в прошлом – по-другому.
К позорному столбу я пригвожден,
К барьеру вызван я – языковому.

Ах, разность в языках! Не положенье – крах!
Но выход мы вдвоем поищем – и обрящем.
Люблю тебя и в сложных временах –
И в будущем, и в прошлом настоящем!
*************************************************

БАЛЛАДА О ЛЮБВИ

Когда вода всемирного потопа
Вернулась вновь в границы берегов,
Из пены уходящего потока
На берег тихо выбралась любовь
И растворилась в воздухе до срока,
А срока было сорок сороков.

И чудаки – еще такие есть –
Вдыхают полной грудью эту смесь.
И ни наград не ждут, ни наказанья,
И, думая, что дышат просто так,
Они внезапно попадают в такт
Такого же неровного дыханья.

Только чувству, словно кораблю,
Долго оставаться на плаву,
Прежде чем узнать, что “я люблю”,-
То же, что дышу, или живу!

И вдоволь будет странствий и скитаний,
Страна Любви – великая страна!
И с рыцарей своих для испытаний
Все строже станет спрашивать она.
Потребует разлук и расстояний,
Лишит покоя, отдыха и сна.

Но вспять безумцев не поворотить,
Они уже согласны заплатить.
Любой ценой – и жизнью бы рискнули,
Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить
Волшебную невидимую нить,
Которую меж ними протянули.

Свежий ветер избранных пьянил,
С ног сбивал, из мертвых воскрешал,
Потому что, если не любил,
Значит, и не жил, и не дышал!

Но многих захлебнувшихся любовью,
Не докричишься, сколько не зови.
Им счет ведут молва и пустословье,
Но этот счет замешан на крови.
А мы поставим свечи в изголовье
Погибшим от невиданной любви.

Их голосам дано сливаться в такт,
И душам их дано бродить в цветах.
И вечностью дышать в одно дыханье,
И встретиться со вздохом на устах
На хрупких переправах и мостах,
На узких перекрестках мирозданья.

Я поля влюбленным постелю,
Пусть поют во сне и наяву!
Я дышу – и значит, я люблю!
Я люблю – и, значит, я живу!
************************************************

Стихи о любви Владимира Высоцкого

Здесь собраны все стихи русского поэта Владимир Высоцкий на тему Стихи о любви.

Небо этого дня ясное, Но теперь в нем броня лязгает. А по нашей земле гул стоит, И деревья в смоле, – грустно им.

Замок временем срыт и укутан, укрыт В нежный плед из зеленых побегов, Но развяжет язык молчаливый гранит – И холодное прошлое заговорит.

Когда вода всемирного потопа Вернулась вновь в границы берегов, Из пены уходящего потока На берег тихо выбралась любовь.

В томленье одиноком В тени – не на виду – Под неусыпным оком Цвела она в саду.

В восторге я! Душа поет! Противоборцы перемерли, И подсознанье выдает Общеприемлимые перлы.

Вот она, вот она – Наших душ глубина, В ней два сердца плывут, как одно,- Пора занавесить окно.

Я однажды гулял по столице – и Двух прохожих случайно зашиб,- И, попавши за это в милицию, Я увидел ее – и погиб.

Гули-гули-гуленьки, Девоньки-девуленьки! Вы оставьте мне на память В сердце загогулинки.

Здравствуй, “Юность”, это я, Аня Чепурная,- Я ровесница твоя, То есть молодая.

Сгорели мы по недоразумению – Он за растрату сел, а я – за Ксению,- У нас любовь была, но мы рассталися: Она кричала и сопротивлялася.

Люблю тебя , не тайно – напоказ. Не “после” и не “до” в лучах твоих сгораю. Навзрыд или смеясь, но я люблю сейчас, А в прошлом – не хочу, а в будущем – не знаю.

Мне ребята сказали про такую наколку!- На окраине там даже нет фонарей. Если выгорит дело – обеспечусь надолго,- Обеспечу себя я и лучших друзей.

О нашей встрече что там говорить! – Я ждал ее, как ждут стихийных бедствий,- Но мы с тобою сразу стали жить, Не опасаясь пагубных последствий.

Она на двор – он со двора,- Такая уж любовь у них. А он работает с утра, Всегда с утра работает.

Михаилу с огромной любовью и пониманием Однажды я, накушавшись от пуза, Дурной и красный, словно из парилки.

Здравствуй, Коля, милый мой, друг мой ненаглядный! Во первых строках письма шлю тебе привет. Вот приедешь ты, боюсь, занятой, нарядный, Не заглянешь и домой – сразу в сельсовет.

Не пиши мне про любовь – не поверю я. Мне вот тут уже дела твои прошлые! Слушай лучше: тут с лавсаном материя. Если хочешь, – я куплю, вещь хорошая.

Под деньгами на кону (Как взгляну – слюну сглотну)- Жизнь моя,- и не смекну. Для чего играю.

Позабыв про дела и тревоги И не в силах себя удержать, Так люблю я стоять у дороги – Запоздалых прохожих пугать.

Поздно говорить и смешно – Не хотела, но Что теперь скрывать – все равно Дело сделано.

А ну отдай мой каменный топор! И шкур моих набедренных не тронь! Молчи, не вижу я тебя в упор,- Сиди вон и поддерживай огонь.

Может быть, выпив поллитру, Некий художник от бед Встретил чужую палитру И посторонний мольберт.

Выходи, я тебе посвящу серенаду! Кто тебе серенаду еще посвистит? Сутки кряду могу – до упаду,- Если муза меня посетит.

Не сгрызть меня – Невеста я! Эх, жизнь моя Интересная.

В желтой жаркой Африке, В центральной ее части, Как-то вдруг, вне графика, Случилося несчастье.

Я все вопросы освещу сполна – Дам любопытству удовлетворенье! Да, у меня француженка жена – Но русского она происхожденья.

Я любил и женщин и проказы: Что ни день, то новая была,- И ходили устные рассказы Про мои любовные дела.

Я не люблю фатального исхода, От жизни никогда не устаю. Я не люблю любое время года, Когда веселых песен не пою.

Я полмира почти через злые бои Прошагал и прополз с батальоном, А обратно меня за заслуги мои С санитарным везли эшелоном.

Владимир Высоцкий: любовная лирика, красивые стихи о любви.

Я больше не избавлюсь от покоя,
Ведь всё, что было на душе на год вперёд,
Не ведая, она взяла с собою
Сначала в порт, а после — в самолёт.

Мне каждый вечер зажигают свечи,
И образ твой окуривает дым,
И не хочу я знать, что время лечит,
Что всё проходит вместе с ним.

В душе моей — пустынная пустыня.
Ну что стоите над пустой моей душой!
Обрывки песен там и паутина,
А остальное всё она взяла с собой.

Теперь мне вечер зажигает свечи,
И образ твой окуривает дым,
И не хочу я знать, что время лечит,
Что всё проходит вместе с ним.

В душе моей — всё цели без дороги,
Поройтесь в ней — и вы найдёте лишь
Две полуфразы, полудиалоги,
А остальное — Франция, Париж…

И пусть мне вечер зажигает свечи,
И образ твой окуривает дым,
Но не хочу я знать, что время лечит,
Что всё проходит вместе с ним.

Что мне была вся мудрость скучных книг,
Когда к следам ее губами мог припасть я!
Что с вами было, королева грез моих?
Что с вами стало, мое призрачное счастье?

Наши души купались в весне,
Плыли головы наши в огне.
И печаль, с ней и боль – далеки,
И казалось – не будет тоски.

Ну а теперь – хоть саван ей готовь, –
Смеюсь сквозь слезы я и плачу без причины.
Вам вечным холодом и льдом сковало кровь
От страха жить и от предчувствия кончины.

Понял я – больше песен не петь,
Понял я – больше снов не смотреть.
Дни тянулись с ней нитями лжи,
С нею были одни миражи.

Я жгу остатки праздничных одежд,
Я струны рву, освобождаясь от дурмана, –
Мне не служить рабом у призрачных надежд,
Не поклоняться больше идолам обмана!

Не кричи нежных слов, не кричи,
До поры подержи их в неволе, –
Пусть кричат пароходы в ночи,
Ну а ты промолчи, промолчи, –
Поспешишь – и ищи ветра в поле.

Она читает грустные романы, –
Ну пусть сравнит, и ты доверься ей, –
Ведь появились черные тюльпаны –
Чтобы казались белые белей.

Не кричи нежных слов, не кричи,
До поры подержи их в неволе, –
Пусть кричат пароходы в ночи,
Ну а ты промолчи, промолчи, –
Поспешишь – и ищи ветра в поле.

Слова бегут, им тесно – ну и что же! –
Ты никогда не бойся опоздать.
Их много – слов, но все же если можешь –
Скажи, когда не можешь не сказать.

Не кричи нежных слов, не кричи,
До поры подержи их в неволе, –
Пусть кричат пароходы в ночи,
Ну а ты промолчи, промолчи, –
Поспешишь – и ищи ветра в поле.

Дело теперь за немногим –
Нужно натуры живой,-
Глядь – симпатичные ноги
С гордой идут головой.

Он подбегает к Венере:
“Знаешь ли ты, говорят –
Данте к своей Алигьери
Запросто шастает в ад!
Ада с тобой нам не надо –
Холодно в царстве теней.
Кличут меня Леонардо.
Так раздевайся скорей!

Я тебя – даже нагую –
Действием не оскорблю,-
Дай я тебя нарисую
Или из глины слеплю!”

Но отвечала сестричка:
“Как же вам не ай-яй-яй!
Честная я католичка –
И не согласная я!

Читайте также:  Стихи Симонова о женщине

Вот испохабились нынче –
Так и таскают в постель!
Ишь – Леонардо да Винчи –
Тоже какой Рафаэль!

Я не привыкла без чувства –
Не соглашуся ни в жисть!
Мало что ты – для искусства,-
Сперва давай-ка женись!

“Так у меня ж – вдохновенье, –
Можно сказать, что экстаз!” –
Крикнул художник в волненье.
Свадьбу сыграли на раз.

. Женщину с самого низа
Встретил я раз в темноте, –
Это была Монна Лиза –
В точности как на холсте.

Бывшим подругам в Сорренто
Хвасталась эта змея:
“Ловко я интеллигента
Заполучила в мужья. “

Вкалывал он больше года –
Весь этот длительный срок
Все ухмылялась Джоконда:
Мол, дурачок, дурачок!

. В песне разгадка дается
Тайны улыбки, а в ней –
Женское племя смеется
Над простодушьем мужей!

Твой мир колдунами на тысячи лет
Укрыт от меня и от света.
И думешь ты, что прекраснее нет,
Чем лес заколдованный этот.
Пусть на листьях не будет росы поутру,
Пусть луна с небом пасмурным в ссоре,
Все равно я отсюда тебя заберу
В светлый терем с балконом на море.

В какой день недели, в котором часу
Ты выйдешь ко мне осторожно.
Когда я тебя на руках унесу
Туда, где найти невозможно.

Украду, если кража тебе по душе, –
Зря ли я столько сил разбазарил?
Соглашайся хотя бы на рай в шалаше,
Если терем с дворцом кто-то занял!

Колос – в цвет янтаря, успеем ли?
Нет! Выходит, мы зря сеяли.
Что ж там цветом в янтарь светится?
Это в поле пожар мечется.
Разбрелись все от бед в стороны.
Певчих птиц больше нет – вороны.

И деревья в пыли – к осени,
Те, что песни могли, – бросили.
И любовь не для нас. Верно ведь?
Что нужнее сейчас? Ненависть.
Дым и пепел встают, как кресты,
Гнезд по крышам не вьют аисты.

Лес шумит, как всегда, кронами,
А земля и вода – стонами.
Но нельзя без чудес – аукает
Довоенными лес звуками.
Побрели все от бед на Восток,
Певчих птиц больше нет, нет аистов.

Воздух звуки хранит разные,
Но теперь в нем гремит, лязгает.
Даже цокот копыт – топотом,
Если кто закричит – шепотом.
Побрели все от бед на Восток,
И над крышами нет аистов.

Какие песни пел я ей про Север дальний! –
Я думал: вот чуть-чуть – и будем мы на ты, –
Но я напрасно пел о полосе нейтральной –
Ей глубоко плевать, какие там цветы.

Я спел тогда еще – я думал, это ближе –
“Про счетчик”, “Про того, кто раньше с нею был”.
Но что ей до меня – она была в Париже, –
Ей сам Марсель Марсо чевой-то говорил!

Я бросил свой завод, хоть, в общем, был не вправе, –
Засел за словари на совесть и на страх.
Но что ей оттого – она уже в Варшаве, –
Мы снова говорим на разных языках.

Приедет – я скажу по-польски: “Прошу пани,
Прими таким, как есть, не буду больше петь. ”
Но что ей до меня – она уже в Иране, –
Я понял: мне за ней, конечно, не успеть!

Она сегодня здесь, а завтра будет в Осле, –
Да, я попал впросак, да, я попал в беду.
Кто раньше с нею был, и тот, кто будет после, –
Пусть пробуют они – я лучше пережду!

Пусть в нашем прошлом будут рыться люди странные,
И пусть сочтут они, что стоит все его приданное,-
Давно назначена цена
И за обоих внесена –
Одна любовь, любовь одна.

Холодна, холодна
Голых стен белизна,-
Но два сердца стучат, как одно,
И греют, и – настежь окно!

Но перестал дарить цветы он просто так, не к случаю,
Любую женщину в кафе теперь считает лучшею.
И улыбается она
Случайным людям у окна,
И привыкает засыпать одна.

И беда с того вот дня
Ищет по свету меня,
Слухи ходят вместе с ней, с кривотолками.
А что я не умерла,
Знала голая земля
Да еще перепела с перепелками.

Кто из них сказал ему,
Господину моему,
Только выдали меня, проболталися.
И, от страсти сам не свой,
Он отправился за мной,
А за ним беда с молвой привязалися.

Он настиг меня, догнал,
Обнял, на руки поднял.
Рядом с ним в седле беда ухмылялася.
Но остаться он не мог,
Был всего один денек,
А беда на вечный срок задержалася.

Дом хрустальный на горе – для нее,
Сам, как пес бы, так и рос – в цепи.
Родники мои серебряные,
Золотые мои россыпи!

Если беден я, как пес – один,
И в дому моем – шаром кати, –
Ведь поможешь ты мне, господи,
Не позволишь жизнь скомкати!

Дом хрустальный на горе – для нее,
Сам, как пес бы, так и рос – в цепи.
Родники мои серебряные,
Золотые мои россыпи!

Не сравнил бы я любую с тобой –
Хоть казни меня, расстреливай.
Посмотри, как я любуюсь тобой, –
Как мадонной Рафаэлевой!

Дом хрустальный на горе – для нее,
Сам, как пес бы, так и рос – в цепи.
Родники мои серебряные,
Золотые мои россыпи!

А зря заботишься, хотя и пишешь – муж, но,
Как видно, он тебя не балует грошом,-
Так что, скажу за яблоки – не нужно,
А вот за курево и водку – хорошо.

Ты не пиши мне про березы, вербы –
Прошу Христом, не то я враз усну,-
Ведь здесь растут такие, Маша, кедры,
Что вовсе не скучаю за сосну!

Ты пишешь мне про кинофильм “Дорога”
И что народу – тыщами у касс,-
Но ты учти – людей здесь тоже много
И что кино бывает и у нас.

Ну в общем ладно – надзиратель злится,
И я кончаю,- ну всего, бывай!
Твой бывший муж, твой бывший кровопийца.
. А знаешь, Маша, знаешь,- приезжай!

Выгадывать не смей на мелочах,
Не опошляй семейный наш уклад!
Не убрана пещера и очаг,-
Разбаловалась ты в матриархат!

Придержи свое мнение:
Я – глава, и мужчина – я!
Соблюдай отношения
Первобытнообщинныя.

Там мамонта убьют – поднимут вой,
Начнут добычу поровну делить.
Я не могу весь век сидеть с тобой –
Мне надо хоть кого-нибудь убить!

Старейшины сейчас придут ко мне, –
Смотри еще – не выйди голой к ним!
Век каменный – и не достать камней,-
Мне стыдно перед племенем моим!

Пять бы жен мне – наверное,
Разобрался бы с вами я!
Но дела мои – скверные,
Потому – моногамия.

А все – твоя проклятая родня!
Мой дядя, что достался кабану,
Когда был жив, предупреждал меня:
Нельзя из людоедов брать жену!

Не ссорь меня с общиной – это ложь,
Что будто к тебе кто-то пристает, –
Не клевещи на нашу молодежь,
Она – надежда наша и оплот!

Ну что глядишь – тебя пока не бьют, –
Отдай топор – добром тебя прошу!
А шкуры – где? Ведь люди засмеют.
До трех считаю, после – укушу!

Ну и забава у людей –
Убить двух белых лебедей!
И стрелы ввысь помчались.
У лучников наметан глаз,-
А эти лебеди как раз
Сегодня повстречались.

Она жила под солнцем – там,
Где синих звезд без счета,
Куда под силу лебедям
Высокого полета.

Ты воспари – крыла раскинь –
В густую трепетную синь.
Скользи по божьим склонам,-
В такую высь, куда и впредь
Возможно будет долететь
Лишь ангелам и стонам.

Но он и там ее настиг –
И счастлив миг единый,-
Но может, был тот яркий миг
Их песней лебединой.

Двум белым ангелам сродни,
К земле направились они –
Опасная повадка!
Из-за кустов, как из-за стен,
Следят охотники за тем,
Чтоб счастье было кратко.

Вот утирают пот со лба
Виновники паденья:
Сбылась последняя мольба –
“Остановись, мгновенье!”

Так пелся вечный этот стих
В пик лебединой песне их –
Счастливцев одночасья:
Они упали вниз вдвоем,
Так и оставшись на седьмом,
На высшем небе счастья.

Владимир Высоцкий

503 цитаты 29 подписчиков

Влади́мир Семёнович Высо́цкий (25 января 1938, Москва — 25 июля 1980, Москва) — советский актёр, поэт и автор-исполнитель песен, автор прозаических произведений. Википедия.

Я всегда ищу в людях только хорошее. Плохое они сами покажут

Я не люблю, когда на половину
Или когда прервали разговор.
Я не люблю, когда стреляют в спину,
Я также против выстрелов в упор.
Я ненавижу сплетни в виде версий,
Червей сомненья, почестей иглу,
Или, когда всё время против шерсти,
Или, когда железом по стеклу.
Я не люблю уверенности сытой,
Уж лучше пусть откажут тормоза!
Досадно мне, что слово”честь”забыто
И что в чести наветы за глаза.
Когда я вижу сломаные крылья,
Нет жалости во мне и неспроста-
… показать весь текст …

Маски

Смеюсь навзрыд среди кривых зеркал,
Меня, должно быть, ловко разыграли:
Крючки носов и до ушей оскал —
Как на венецианском карнавале

Что делать мне? Бежать, да поскорей?
А может, вместе с ними веселиться?
Надеюсь я — под маскою зверей
У многих человеческие лица.

Все в масках, париках — все, как один.
Кто сказочен, а кто — литературен.
Сосед мой справа — грустный арлекин,
Другой палач, а каждый третий — дурень.
… показать весь текст …

Красивых любят чаще и прилежней,
Веселых любят меньше, но быстрей.
И молчаливых любят, только реже,
Зато уж если любят, то сильней.

« При знакомстве я всегда вижу в человеке только хорошее.
Пока сам человек не докажет обратное.»

Нас всегда заменяют другими,
Что-бы мы не мешали вранью.

И вновь отправляю я поезд по миру. Я рук не ломаю, навзрыд не кричу. И мне не навяжут чужих пассажиров — Сажаю в свой поезд кого захочу…

В этом мире я ценю только верность. Без этого ты никто и у тебя нет никого. В жизни это единственная валюта, которая никогда не обесценится.

Здесь лапы у елей дрожат на весу
Здесь птицы щебечут тревожно,
Живешь в заколдованном диком лесу,
Откуда уйти невозможно,
Пусть черемухи сохнут бельем на ветру,
Пусть дождем опадают сирени,
Все равно я отсюда тебя заберу,
Во дворец, где играют свирели,
Твой мир колдунами на тысячи лет,
Укрыт от меня и от света,
И думаешь ты, что прекраснее нет,
Чем лес заколдованный этот,
Пусть на листьях не будет росы по утру,
Пусть луна с небом пасмурным в ссоре,
… показать весь текст …

О нашей встрече что там говорить! –
Я ждал её, как ждут стихийных бедствий, —
Но мы с тобою сразу стали жить,
Не опасаясь пагубных последствий.

Я сразу сузил круг твоих знакомств,
Одел, обул и вытащил из грязи, —
Но за тобой тащился длинный хвост —
Длиннющий хвост твоих коротких связей.

Потом, я помню, бил друзей твоих:
Мне с ними было как-то неприятно, —
Хотя, быть может, были среди них
Наверняка отличные ребята.
… показать весь текст …

Ну, о чём с тобою говорить!
Всё равно ты порешь ахинею.
Лучше я пойду к ребятам пить,
У ребят есть мысли поважнее.
У ребят серьёзный разговор —
Например, о том, кто пьёт сильнее.
У ребят широкий кругозор —
От ларька до нашей бакалеи.

Никогда не суди с первого взгляда ни о собаке, ни о человеке. Потому что, простая дворняга… может иметь добрейшую душу, а человек приятной наружности … может оказаться редкой сволочью…

возвращаются все, кроме лучших друзей,
кроме самых любимых и преданных женщин.
возвращаются все,
кроме тех,
кто нужней. ©

Подумаешь — с женой не очень ладно,
Подумаешь — неважно с головой,
Подумаешь — ограбили в парадном, —
Скажи еще спасибо, что — живой!

Ну что ж такого — мучает саркома,
Ну что ж такого — начался запой,
Ну что ж такого — выгнали из дома, —
Скажи еще спасибо, что — живой!

Плевать — партнер по покеру дал дуба,
Плевать, что снится ночью домовой,
Плевать — в «Софии» выбили два зуба, —
Скажи еще спасибо, что — живой!
… показать весь текст …

Если отвернутся, значит недостаточно любили.

БАЛЛАДА О БОРЬБЕ
.
Средь оплывших свечей и вечерних молитв,
Средь военных трофеев и мирных костров
Жили книжные дети, не знавшие битв,
Изнывая от детских своих катастроф.
.
Детям вечно досаден
Их возраст и быт —
И дрались мы до ссадин,
До смертных обид.
Но одежды латали
Нам матери в срок,
Мы же книги глотали,
… показать весь текст …

Я не люблю фатального исхода.
От жизни никогда не устаю.
Я не люблю любое время года,
Когда веселых песен не пою.

Я не люблю открытого цинизма,
В восторженность не верю, и еще,
Когда чужой мои читает письма,
Заглядывая мне через плечо.

Я не люблю, когда наполовину
Или когда прервали разговор.
Я не люблю, когда стреляют в спину,
Я также против выстрелов в упор.
… показать весь текст …

Читайте также:  Стихи с днём рождения женщине на 31 год

ФИЛОСОФИЯ ЖИЗНИ.

Все зависит в мире оном
От тебя от самого:
Хочешь — можешь стать Буденным,
Хочешь — лошадью его!

КОГДА ТЕБЕ БОЛЬНО.

…когда люди причиняют тебе боль снова и снова, то думай о них как о наждачной бумаге. они могут задевать тебя и немного ранить, но в конце концов ты будешь отполирован до идеального состояния, а от них не будет никакого толку.

Жаль, что в моем окружении нет сумасшедших людей, которые поедут в 5 утра пить кофе или позвонят и скажут выходи я под домом, зато дерьма полно.

Mы живём в мире, где улыбка уже не значит хорошее отношение к тебе. Где поцелуи совсем не значат чувства. Где признания не значат любовь. Где каждый одинок и никто не старается это изменить. Где слова теряют всякий смысл, потому что несут ложь.

красивых любят чаще и прилежней, веселых любят меньше, но быстрей, — и молчаливых любят, только реже, зато уж если любят, то сильней.

Стихи Владимира Высоцкого о любви

Баллада о Любви

Когда вода Всемирного потопа
Вернулась вновь в границы берегов,
Из пены уходящего потока
На сушу тихо выбралась Любовь —
И растворилась в воздухе до срока,
А срока было — сорок сороков…

И чудаки — ещё такие есть! —
Вдыхают полной грудью эту смесь
И ни наград не ждут, ни наказанья,
И, думая, что дышат просто так,
Они внезапно попадают в такт
Такого же неровного дыханья.

Только чувству, словно кораблю,
Долго оставаться на плаву,
Прежде чем узнать, что «я люблю» —
То же, что «дышу» или «живу».

И вдоволь будет странствий и скитаний:
Страна Любви — великая страна!
И с рыцарей своих для испытаний
Всё строже станет спрашивать она:
Потребует разлук и расстояний,
Лишит покоя, отдыха и сна…

Но вспять безумцев не поворотить —
Они уже согласны заплатить:
Любой ценой — и жизнью бы рискнули, —
Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить
Волшебную невидимую нить,
Которую меж ними протянули.

Свежий ветер избранных пьянил,
С ног сбивал, из мёртвых воскрешал,
Потому что если не любил —
Значит и не жил, и не дышал!

Но многих захлебнувшихся любовью
Не докричишься — сколько ни зови,
Им счёт ведут молва и пустословье,
Но этот счёт замешен на крови.
А мы поставим свечи в изголовье
Погибших от невиданной любви…

Их голосам всегда сливаться в такт,
И душам их дано бродить в цветах,
И вечностью дышать в одно дыханье,
И встретиться со вздохом на устах
На хрупких переправах и мостах,
На узких перекрёстках мирозданья.

Я поля влюблённым постелю —
Пусть поют во сне и наяву.
Я дышу, и значит — я люблю!
Я люблю, и значит — я живу!

Люблю тебя

Люблю тебя сейчас
Не тайно — напоказ.
Не «после» и не «до» в лучах твоих сгораю.
Навзрыд или смеясь,
Но я люблю сейчас,
А в прошлом — не хочу, а в будущем — не знаю.
В прошедшем «я любил» —
Печальнее могил, —
Все нежное во мне бескрылит и стреножит,
Хотя поэт поэтов говорил:
«Я вас любил, любовь еще, быть может…»
Так говорят о брошенном, отцветшем —
И в этом жалость есть и снисходительность,
Как к свергнутому с трона королю.
Есть в этом сожаленье об ушедшем
Стремленьи, где утеряна стремительность,
И как бы недоверье к «я люблю».

Люблю тебя теперь
Без мер и без потерь,
Мой век стоит сейчас —
Я вен не перережу!
Во время, в продолжение, теперь
Я прошлым не дышу и будущим не брежу.
Приду и вброд, и вплавь
К тебе — хоть обезглавь! —
С цепями на ногах и с гирями по пуду.
Ты только по ошибке не заставь,
Чтоб после «я люблю» добавил я, что «буду».
Есть горечь в этом «буду», как ни странно,
Подделанная подпись, червоточина
И лаз для отступленья, про запас,
Бесцветный яд на самом дне стакана.
И словно настоящему пощечина —
Сомненье в том, что «я люблю» — сейчас.

Смотрю французский сон
С обилием времен,
Где в будущем — не так, и в прошлом — по-другому.
К позорному столбу я пригвожден,
К барьеру вызван я языковому.
Ах, разность в языках!
Не положенье — крах.
Но выход мы вдвоем поищем и обрящем.
Люблю тебя и в сложных временах —
И в будущем, и в прошлом настоящем.

Тот, кто раньше с нею был

В тот вечер я не пил, не пел —
Я на неё вовсю глядел,
Как смотрят дети, как смотрят дети.
Но тот, кто раньше с нею был,
Сказал мне, чтоб я уходил,
Сказал мне, чтоб я уходил,
Что мне не светит.

И тот, кто раньше с нею был, —
Он мне грубил, он мне грозил.
А я всё помню — я был не пьяный.
Когда ж я уходить решил,
Она сказала: «Не спеши!»
Она сказала: «Не спеши,
Ведь слишком рано!»

Но тот, кто раньше с нею был,
Меня, как видно, не забыл,
И как-то в осень, и как-то в осень
Иду с дружком, гляжу — стоят,
Они стояли молча в ряд,
Они стояли молча в ряд —
Их было восемь.

Со мною — нож,
решил я: что ж,
Меня так просто не возьмёшь,
Держитесь, гады! Держитесь, гады!
К чему задаром пропадать?
Ударил первым я тогда,
Ударил первым я тогда —
Так было надо.

Но тот, кто раньше с нею был, —
Он эту кашу заварил
Вполне серьёзно, вполне серьёзно.
Мне кто-то на плечи повис,
Валюха крикнул: «Берегись!»
Валюха крикнул: «Берегись!»
Но было поздно.

За восемь бед — один ответ.
В тюрьме есть тоже лазарет —
Я там валялся, я там валялся,
Врач резал вдоль и поперёк,
Он мне сказал: «Держись, браток!»
Он мне сказал: «Держись, браток!» —
И я держался.

Разлука мигом пронеслась.
Она меня не дождалась,
Но я прощаю, её — прощаю.
Её, как водится, простил,
Того ж, кто раньше с нею был,
Того, кто раньше с нею был, —
Не извиняю.

Её, конечно, я простил,
Того, что раньше с нею был,
Того, кто раньше с нею был, —
Я повстречаю!

Романс

Было так — я любил и страдал.
Было так — я о ней лишь мечтал.
Я её видел тайно во сне
Амазонкой на белом коне.

Что мне была вся мудрость скучных книг,
Когда к следам её губами мог припасть я!
Что с вами было, королева грёз моих?
Что с вами стало, моё призрачное счастье?

Наши души купались в весне,
Плыли головы наши в вине.
И печаль, с ней и боль — далеки,
И казалось — не будет тоски.

Ну а теперь — хоть саван ей готовь, —
Смеюсь сквозь слёзы я и плачу без причины.
Ей вечным холодом и льдом сковало кровь
От страха жить и от предчувствия кончины.

Понял я — больше песен не петь,
Понял я — больше снов не смотреть.
Дни тянулись с ней нитями лжи,
С нею были одни миражи.

Я жгу остатки праздничных одежд,
Я струны рву, освобождаясь от дурмана, —
Мне не служить рабом у призрачных надежд,
Не поклоняться больше идолам обмана!

При свечах тишина, наших душ глубина

При свечах тишина —
Наших душ глубина,
В ней два сердца плывут, как одно…
Пора занавесить окно.

Пусть в нашем прошлом будут рыться люди странные,
И пусть сочтут они, что стоит всё его приданое, —
Давно назначена цена
И за обоих внесена —
Одна любовь, любовь одна.

Холодна, холодна
Голых стен белизна,
Но два сердца стучат, как одно,
И греют, и — настежь окно!

Но перестал дарить цветы он просто так, не к случаю,
Любую ж музыку в кафе теперь считает лучшею…
И улыбается она
Случайным людям у окна,
И привыкает засыпать одна.

Поздно говорить и смешно

Поздно говорить и смешно.
Не хотела, но
Что теперь скрывать — всё равно
Дело сделано…

Был весны угар,
Таяли снега
От веселья и юмора,
И в ручьях текли
Нежные стихи,
А я подумала:

Весна. Не дури —
Ни за что не пей вина на пари,
Никогда не вешай ключ на двери,
Ставни затвори!
Цветы не бери,
Не бери, да и сама не дари,
Если даже без ума — не смотри,
Затаись, замри!
С огнём не шути!
Подержи мечты о нём взаперти!
По весне стучать в твой дом запрети, а зимой впусти!

Вот уже и снег у стекла…
Где ж пророчество?!
А дела как сажа бела —
Одиночество.

Все надежды вдруг
Выпали из рук,
Как цветы запоздалые,
А свою весну,
Вечную, одну,
Ах, прозевала я!

В окно посмотри —
Притаились во дворе январи,
Все пейзажи в январе — пустыри.
С них метёт к двери.
Всю ночь до зари
Подбираются сугробы к двери —
Поутру попробуй дверь отвори,
Просто хоть умри!
С огнём не шути!
Ты себе мечты о нём запрети,
Подержи их под замком взаперти,
А потом пусти.

Холода всю зиму подряд
Невозможные!
Зимняя любовь, говорят,
Понадёжнее…

Но надежды вдруг
Выпали из рук,
Как цветы запоздалые,
И свою весну,
Первую, одну,
Знать, прозевала я!

Ах, чёрт побери!
Если хочешь — пей вино на пари,
Если хочешь — вешай ключ на двери
И в глаза смотри,
Не то в январи
Подкрадутся вновь сугробы к двери,
Вновь увидишь из окна пустыри…
Двери отвори!
И пой до зари,
И цветы — когда от сердца — бери!
Если хочешь подарить — подари,
Подожгут — гори!

Она была в Париже

Наверно, я погиб: глаза закрою — вижу.
Наверно, я погиб: робею, а потом
Куда мне до неё — она была в Париже,
И я вчера узнал — не только в нём одном!

Какие песни пел я ей про Север Дальний!
Я думал: вот чуть-чуть — и будем мы на ты,
Но я напрасно пел «О полосе нейтральной» —
Ей глубоко плевать, какие там цветы.

Я спел тогда ещё — я думал, это ближе —
«Про юг» и «Про того, кто раньше с нею был»…
Но что ей до меня — она была в Париже,
И сам Марсель Марсо ей что-то говорил!

Я бросил свой завод — хоть, в общем, был не вправе, —
Засел за словари на совесть и на страх…
Но что ей до того — она уже в Варшаве,
Мы снова говорим на разных языках…

Приедет — я скажу по-польски: «Прошу, пани,
Прими таким как есть, не буду больше петь…»
Но что ей до того — она уже в Иране,
Я понял: мне за ней, конечно, не успеть!

Ведь она сегодня здесь, а завтра будет в Осло…
Да, я попал впросак, да, я попал в беду.
Кто раньше с нею был и тот, кто будет после, —
Пусть пробуют они, я лучше пережду!

Красивых любят чаще и прилежней

Красивых любят чаще и прилежней
Весёлых любят меньше, но быстрей,
И молчаливых любят, только реже,
Зато уж если любят, то сильней.

Не кричи нежных слов, не кричи,
До поры подержи их в неволе.
Пусть кричат пароходы в ночи,
Ну а ты — промолчи, помолчи,
Поспешишь — и ищи ветра в поле.

Она читает грустные романы.
Ну, пусть сравнит, и ты доверься ей.
Ведь появились чёрные тюльпаны,
Чтобы казались белые белей.

Не кричи нежных слов, не кричи,
До поры подержи их в неволе.
Пусть поэты кричат и грачи,
Ну а ты — помолчи, промолчи,
Поспешишь — и ищи ветра в поле.

Слова бегут, им тесно — ну и что же!
Ты никогда не бойся опоздать.
Их много — слов, но всё же, если можешь,
Скажи, когда не можешь не сказать.

Но не кричи этих слов, не кричи,
До поры подержи их в неволе.
Пусть кричат пароходы в ночи.
Замолчи, промолчи, помолчи,
Поспешишь — и ищи ветра в поле.

Лирическая (Здесь лапы у елей дрожат на весу)

Здесь лапы у елей дрожат на весу,
Здесь птицы щебечут тревожно —
Живёшь в заколдованном диком лесу,
Откуда уйти невозможно.

Пусть черёмухи сохнут бельём на ветру,
Пусть дождём опадают сирени —
Всё равно я отсюда тебя заберу
Во дворец, где играют свирели!

Твой мир колдунами на тысячи лет
Укрыт от меня и от света,
И думаешь ты, что прекраснее нет,
Чем лес заколдованный этот.

Пусть на листьях не будет росы поутру,
Пусть луна с небом пасмурным в ссоре —
Всё равно я отсюда тебя заберу
В светлый терем с балконом на море!

В какой день недели, в котором часу
Ты выйдешь ко мне осторожно,
Когда я тебя на руках унесу
Туда, где найти невозможно?

Читайте также:  Стихи женщине на 55 лет

Украду, если кража тебе по душе, —
Зря ли я столько сил разбазарил.
Соглашайся хотя бы на рай в шалаше,
Если терем с дворцом кто-то занял!

Я верю в нашу общую звезду

Я верю в нашу общую звезду,
Хотя давно за нею не следим мы, —
Наш поезд с рельс сходил на всем ходу —
Мы все же оставались невредимы.

Бил самосвал машину нашу в лоб,
Но знали мы, что ищем и обрящем,
И мы ни разу не сходили в гроб,
Где нет надежды всем в него сходящим.

Катастрофы, паденья, — но между —
Мы взлетали туда, где тепло,
Просто ты не теряла надежду,
Мне же — с верою очень везло.

Да и теперь, когда вдвоём летим,
Пускай на ненадёжных самолётах, —
Нам гасят свет и создают интим,
Нам и мотор поёт на низких нотах.

Бывали «ТУ» и «ИЛы», «ЯКи», «АН», —
Я верил, что в Париже, в Барнауле —
Мы сядем, — если ж рухнем в океан —
Двоих не съесть и голубой акуле!

Все мы смертны — и люди смеются:
Не дождутся и вас города!
Я же знал: все кругом разобьются,
Мы ж с тобой — ни за что никогда!

Мне кажется такое по плечу —
Что смертным не под силу столько прыти:
Что на лету тебя я подхвачу —
И вместе мы спланируем в Таити.

И если заболеет кто из нас
Какой-нибудь болезнею смертельной —
Она уйдёт, — хоть искрами из глаз,
Хоть стонами и рвотою похмельной.

Пусть в районе Мэзона-Лаффита
Упадёт злополучный «Скайлаб»
И судьба всех обманет — финита, —
Нас она обмануть не смогла б!

Я любил и женщин и проказы

Я любил и женщин и проказы:
Что ни день, то новая была,-
И ходили устные рассказы
Про мои любовные дела.

И однажды как-то на дороге
Рядом с морем — с этим не шути —
Встретил я одну из очень многих
На моем на жизненном пути.

А у ней — широкая натура,
А у ней — открытая душа,
А у ней — отличная фигура,-
А у меня в кармане — ни гроша.

Ну а ей — в подарок нужно кольца;
Кабаки, духи из первых рук,-
А взамен — немного удовольствий
От ее сомнительных услуг.

«Я тебе,- она сказала,- Вася,
Дорогое самое отдам. »
Я сказал: «За сто рублей согласен,-
Если больше — с другом пополам!»

Женщины — как очень злые кони:
Захрипит, закусит удила.
Может, я чего-нибудь не понял,
Но она обиделась — ушла.

…Через месяц улеглись волненья —
Через месяц вновь пришла она,-
У меня такое ощущенье,
Что ее устроила цена!

В.Высоцкий о Любви

” Вы знаете, – спрашиваю я священника, – какая одна из самых лучших песен в мире о любви?
Он пожимает плечами:
– Ну, таких песен очень много.
– Это песня Владимира Высоцкого, – говорю я.
– Я помню, – подхватывает мужчина и цитирует: “Я поля влюбленным постелю, пусть звучит во сне и наяву: я дышу и, значит, – я люблю, я люблю и, значит, – я живу”.
– Прекрасная песня, – соглашаюсь я, – но есть еще сильнее.
Священник вопросительно смотрит на меня.
– “Постой, чудак, она же грязная, – цитирую я, – и глаз подбит, и ноги разные. Постой, чудак, она ж наводчица.” “А мне плевать, мне очень хочется.”
Когда чувства не зависят ни от физических, ни от духовных факторов, – это и есть любовь. “

Комментарии:

Сегодня я с большой охотою
Распоряжусь своей субботою,
И, если Нинка не капризная,
Распоряжусь своею жизнью я.

Постой, чудак, она ж наводчица,
Зачем же так? -Уж очень хочется!
Постой, чудак, у нас компания,
Пойдем в кабак, зальем желание.

Сегодня вы меня не пачкайте,
Сегодня пьянка мне до лампочки,
Сегодня Нинка соглашается,
Сегодня жизнь моя решается!

Ну, и беда же с этой Нинкою,
Она спала со всей Ордынкою!
С такою спать кому ж захочется?
А мне плевать, мне очень хочется!

Сказала, любит, все заметано.
Поставлю рубль за сто, что врет она.
Она ж того, ко всем ведь просится.
А мне-то что, мне очень хочется!

Она ж хрипит, она же грязная,
И глаз подбит, и ноги разные,
Всегда одета, как уборщица,
Плевать на это – очень хочется!

Все говорят, что не красавица,
А мне такие больше нравятся.
Ну, что ж такого, что наводчица?
А мне еще сильнее хочется.

Очень давно под впечатлением этой песни я попытался развить тему любви и в своих стихах. Вот одно из них

Я не знаю сам, что я делаю,
Что молчишь «дурья голова»?
Встретил девку, как ягодка, спелую,
Сколько в ней огня, озорства!

На работе сижу, не работаю:
-Что со мной, где найти ответ?-
В разговорах забыться пробую,
Но напрасно, покоя нет.

Образ девки весёлой и пошлой
Пред глазами стоит, и всё?
Жизнь доселе осталась вся в прошлом,
Лишь она, ничто и никто.

Мне твердят, что она гулящая,
На панели стоит давно.
Но душа у неё манящая –
Пусть гулящая – всё равно.

И ведь знаю стерва, но сладкая.
Слаще в жизни ещё встречал.
И ведь знаю на деньги падкая.
Знать-то, знаю – в сердце печаль.

Я надел рубашку холщёвую,
На свиданье к судьбе бегу!
Может встречу девку весёлую,
Заберу с собой, увезу.

Я молюсь на судьбу сулящую –
Пусть страдания, муки, боль.
Я люблю, пусть девку гулящую,
Но такая выпала роль.

ВЫСОЦКОМУ. СПАСИБО, ЧТО ЖИВОЙ!

Когда мне вены рвет твой хриплый голос,
Когда в висках взрываются слова,
Мне наплевать, что пил ты и кололся.
Зачем Христу досужая молва?

Ты воскресал, как было с Божьим сыном,
Творили песни чудо наяву.
Ты шел на сцену, Он – к Иерусалиму,
Чтоб на себя взять грех наш и вину.

Тебя распять пытались тоже власти
И истязали рьяно день за днем.
Ты был причислен ими к черной касте.
Но жёг проказу словом, как огнем.

Тебе народ свои доверил души,
Свои сердца, надежду и любовь.
Пусть эти строки не сочтут кощунством:
В тебе текла Его святая кровь.

Ты вновь явился нам, теперь с экранов,
Чтобы помочь своей стране больной,
Чтоб песней вскрыть гноящиеся раны.
Скажу тебе: спасибо, что живой.

ПРО ЛЮБОВЬ В КАМЕННОМ ВЕКЕ

А ну отдай мой каменный топор!
И шкур моих набедренных не тронь!
Молчи, не вижу я тебя в упор,-
Сиди вон и поддерживай огонь!

Выгадывать не смей на мелочах,
Не опошляй семейный наш уклад!
Не убрана пещера и очаг,-
Разбаловалась ты в матриархат!

Придержи свое мнение:
Я – глава, и мужчина – я!
Соблюдай отношения
Первобытнообщинныя.

Там мамонта убьют – поднимут вой,
Начнут добычу поровну делить.
Я не могу весь век сидеть с тобой –
Мне надо хоть кого-нибудь убить!

Старейшины сейчас придут ко мне, –
Смотри еще – не выйди голой к ним!
Век каменный – и не достать камней,-
Мне стыдно перед племенем моим!

Пять бы жен мне – наверное,
Разобрался бы с вами я!
Но дела мои – скверные,
Потому – моногамия.

А все – твоя проклятая родня!
Мой дядя, что достался кабану,
Когда был жив, предупреждал меня:
Нельзя из людоедов брать жену!

Не ссорь меня с общиной – это ложь,
Что будто к тебе кто-то пристает, –
Не клевещи на нашу молодежь,
Она – надежда наша и оплот!

Ну что глядишь – тебя пока не бьют, –
Отдай топор – добром тебя прошу!
А шкуры – где? Ведь люди засмеют.
До трех считаю, после – укушу!

ПРО ЛЮБОВЬ В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ

Может быть, выпив поллитру,
Некий художник от бед
Встретил чужую палитру
И посторонний мольберт.

Дело теперь за немногим –
Нужно натуры живой,-
Глядь – симпатичные ноги
С гордой идут головой.

Он подбегает к Венере:
“Знаешь ли ты, говорят –
Данте к своей Алигьери
Запросто шастает в ад!

Ада с тобой нам не надо –
Холодно в царстве теней.
Кличут меня Леонардо.
Так раздевайся скорей!

Я тебя – даже нагую –
Действием не оскорблю,-
Дай я тебя нарисую
Или из глины слеплю!”

Но отвечала сестричка:
“Как же вам не ай-яй-яй!
Честная я католичка –
И не согласная я!

Вот испохабились нынче –
Так и таскают в постель!
Ишь – Леонардо да Винчи –
Тоже какой Рафаэль!

Я не привыкла без чувства –
Не соглашуся ни в жисть!
Мало что ты – для искусства,-
Сперва давай-ка женись!

Там и разденемся в спальной –
Как у людей повелось.
Мало что ты – гениальный! –
Мы не глупее небось!”

“Так у меня ж – вдохновенье, –
Можно сказать, что экстаз!” –
Крикнул художник в волненье.
Свадьбу сыграли на раз.

. Женщину с самого низа
Встретил я раз в темноте, –
Это была Монна Лиза –
В точности как на холсте.

Бывшим подругам в Сорренто
Хвасталась эта змея:
“Ловко я интеллигента
Заполучила в мужья. “

Вкалывал он больше года –
Весь этот длительный срок
Все ухмылялась Джоконда:
Мол, дурачок, дурачок!

. В песне разгадка дается
Тайны улыбки, а в ней –
Женское племя смеется
Над простодушьем мужей!

Когда вода всемирного потопа
Вернулась вновь в границы берегов,
Из пены уходящего потока
На берег тихо выбралась любовь.

И растворилась в воздухе до срока
Над грешною землей материков,
И чудаки – еще такие есть –
Вдыхают полной грудью эту смесь.

И ни наград не ждут, ни наказанья,
И, думая, что дышат просто так,
Они внезапно попадают в такт
Такого же неровного дыханья.

Только чувству, словно кораблю,
Долго оставаться на плаву,
Прежде чем узнать, что “я люблю” –
То же, что “дышу”, или “живу”.

И вдоволь будет странствий и скитаний,
Страна любви – великая страна,
И с рыцарей своих для испытаний
Все строже станет спрашивать она.

Потребует разлук и расстояний,
Лишит покоя, отдыха и сна,
Но вспять безумцев не поворотить,
Они уже согласны заплатить

Любой ценой, и жизнью бы рискнули,
Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить
Волшебную, невидимую нить,
Которую меж ними протянули.

Снег и ветер избранных пьянил,
С ног сбивал, из мертвых воскрешал,
Потому, что, если не любил,
Значит, и не жил, и не дышал.

Но многих, захлебнувшихся любовью,
Не докричишься, сколько ни зови,
Им счет ведут молва и пустословье,
Но этот счет замешан на крови.

Но мы поставим свечи в изголовье
Погибшим от невиданной любви.
Их голосам всегда сливаться в такт,
И душам их дано бродить в цветах.

И вечностью дышать в одно дыханье,
И встретиться со вздохом на устах,
На хрупких переправах и мостах,
На узких перекрестках мирозданья.

И я поля влюбленным постелю,
Пусть поют во сне и наяву,
И я дышу, а значит, я люблю,
Я люблю,и, значит, я живу.

Выходи, я тебе посвящу серенаду!
Кто тебе серенаду еще посвистит?
Сутки кряду могу – до упаду,-
Если муза меня посетит.

Я пока еще только шутю и шалю –
Я пока на себя не похож:
Я обиду терплю, но когда я вспылю –
Я дворец подпилю, подпалю, развалю,-
Если ты на балкон не придешь!

Ты отвечай мне прямо-откровенно –
Разбойничую душу не трави.
О, выйди, выйди, выйди, Аграфена,
Послушай серенаду о любви!

Эй-ей-ей, трали-вали!
Кабы красна девица жила в полуподвале,
Я бы тогда на корточки
Приседал у форточки,-
Мы бы до утра проворковали!

Во лесных кладовых моих – уйма товара,
Два уютных дупла, три пенечка гнилых.
Чем же я тебе, Груня, не пара,
Чем я, Феня, тебе не жених?!

Так тебя я люблю, что ночами не сплю,
Сохну с горя у всех на виду.
Вот и голос сорвал – и хриплю, и сиплю.
Ох, я дров нарублю – я себя погублю,-
Но тебя я украду, уведу!

Я женихов твоих – через колено!
Я папе твоему попорчу кровь!
О, выйди, выйди, выйди, Аграфена,-
О не губи разбойничую кровь!

Эй-ей-ей, трали-вали!
Кабы красна девица жила в полуподвале,
Я бы тогда на корточки
Приседал у форточки,-
Мы бы до утра проворковали!

Так давай, Аграфенушка, свадьбу назначим,-
Я – нечистая сила, но с чистой душой!
Я к чертям, извините, собачьим
Для тебя позабуду разбой!

Я и трелью зальюсь, и подарок куплю,
Всех дружков приведу на поклон;
Я тебя пропою, я тебя прокормлю,
Нам ребята на свадьбу дадут по рублю,-
Только ты выходи на балкон!

Ответь всерьез, прошу проникновенно,
Ведь знают соловьи, что “се ля ви”.
Так выйди, елки-палки, Аграфена,-
Не дай погаснуть пламенной любви!

Во темечке моем да во височке –
Одна мечта: что выйдет красота,-
Привстану я на цыпочки-мысочки
И поцелую в сахарны уста!

Эй-ей-ей, трали-вали!
Кабы красна девица жила в полуподвале,
Я бы тогда на корточки
Приседал у форточки,-
Мы бы до утра проворковали!

Ссылка на основную публикацию
×
×