Японские стихи о любви к женщине

Японские стихи о любви

Японские стихи о любви отличаются удивительным проникновением в глубину души и романтическим трепетом. Они относятся к литературному жанру, который называется танка. Любовная лирина Японии пронизана тонкостью человеческих чувств и чувственностью, насыщена яркими романтическими образами и мудрыми мыслями. Танка – это сама жизнь, наивысшее проявление которой – Любовь, которая в момент своего пика делает жизнь близкой к совершенству. К танка никто не остается равнодушным, потому что она трогает самые глубокие струны души каждого из нас.

(Художник: Домнич Наталья. Поцелуй под сакурой)

. Тоскою полон я

Яшмовых одежд стих легкий шорох.
О, какой тоскою полон я,
Не сказав любимой,
Что осталась дома,
Ласкового слова, уходя.

Возможно ль, что меня, кому средь гор Камо
Навеки скалы станут изголовьем,
Все время ждет с надеждой и любовью,
Не зная ни о чем,
Любимая моя?

И люди те,
Что жили в старину,
Ужели так же, как и я, страдали
И, о возлюбленной своей грустя,
Ночами долгими не спали?

Нет никаких известий о тебе, –
В морской дали не видно островка, –
И средь равнины вод,
Качаясь на волне,
Лишь белоснежные восходят облака.

От ветра свежего, что с берега подул,
У мыса дальнего Нусима, с гор Авадзи,
Мой шнур, что милою завязан был,
Как будто к ней стремясь,
По ветру заметался.

Как сотнями рядов гнездятся листья
Цветов хамаю, что растут на берегах
У бухты дивной красоты – Куману,
Так велика тоска на сердце о тебе,
И все ж с тобой наедине нам не встречаться!

На миг один короткий, как рога
Оленей молодых, что бродят в поле летом,
На краткий миг – и то
Могу ли позабыть
О чувствах этой милой девы?

О, с давних пор на склонах Фуруямы,
Где машут девы белотканным рукавом
Своим возлюбленным,
Стоит священная ограда.
С таких же давних пор я полюбил тебя!

У вороного моего коня
Так бег ретив, что сразу миновали
Места, где милая живет..
Как в небе облака –
Они далеки стали!

Несущиеся вихрем листья клена среди осенних гор,
Хотя б на миг единый
Не падайте, скрывая все из глаз,
Чтоб мог увидеть я
Еще раз дом любимой!

Какиномото-но Хитомаро
(перевод А. Глускиной)

***
Из плача о возлюбленной

В горах осенних – клен такой прекрасный,
Густа листва ветвей – дороги не найти.
Где ты блуждаешь там? –
Ищу тебя напрасно:
Мне неизвестны горные пути.

Какиномото-но Хитомаро
(перевод А. Глускиной)

***
Плач о жене

Луна осенняя, что нас видала вместе,
Мир озаряет вновь, взойдя на небосвод,
А милая моя,
Что любовалась ею,
Все дальше от меня за годом год.

Где горы Хикитэ,
Где путь лежит в Фусума,
Оставил навсегда я милую жену.
И вот, когда иду тропою горной,
Мне кажется – и сам я не живу!

Какиномото-но Хитомаро
(перевод А. Глускиной)

Сложено во время пребывания
императрицы во дворце Ёсину

Ах, сколько не гляжу, не наглядеться мне!
прекрасны воды рек, что в Ёсину струятся,
Конца не зная.
Так же без конца
К ним буду приходить и любоваться.

Опали листья алые у клена,
И с веткой яшмовой передо мной гонец.
Взглянул я на него –
И снова вспомнил
Те дни, когда я был еще с тобой.

Какиномото-но Хитомаро
(перевод А. Глускиной)

***
Покидая страну Ивами

Там, в Ивами,
Возле горы Такацунау,
Меж деревьями густыми, вдалеке,
Видела ли милая моя,
Как махал я ей, прощаясь, рукавом?

По дороге, где иду,
На склонах гор
Тихо-тихо шелестит бамбук.
Но в разлуке с милою женой
Тяжело на сердце у меня.

На полях, что лежат предо мною,
Я вижу, как блики сверкают
Восходящего солнца,
А назад оглянулся –
Удаляется месяц за горы.

Огни для ловли рыб
В открытом море,
Что на равнине вод сверкают вдалеке,
Огни далекие вы разожгите ярче,
Чтоб острова Ямато видеть мне!

Какиномото-но Хитомаро
(перевод А. Глускиной)

***
Из плача о гибели
придворной красавицы

В те дни, когда еще была ты с нами,
Дитя из Оцу, и встречались мы,
Я мимо проходил,
Тебя не замечая,
И как теперь об этом я скорблю!

Какиномото-но Хитомаро
(перевод А. Глускиной)

***
Не такой я любовью люблю,
Чтобы быстро прошла

Там, где Асука воды,
Не покинет вдруг заводь
Туман, разостлавшийся легкою дымкой, –
Не такой я любовью люблю,
Чтобы быстро прошла.

Меня ты любила –
На память об этом
Цветы нежные фудзи, что льются волною,
ты тогда посадила у нашего дома,
А теперь – полюбуйся их полным расцветом!

Как корова на троне,
Эти горы Микаса,
И как птицы там плачут,
Смолкнут, вновь зарыдают, –
Так любовь моя ныне не знает покоя.

На рассвете холодном
От осеннего ветра,
Когда ты переходишь
Взгорья дальние Сану,
О, согреть бы тебя мне своею одеждой!

Я не могу найти цветов расцветшей сливы,
Что другу показать хотела я:
Здесь выпал снег –
И я узнать не в силах,
Где сливы тут, где снега белизна?

Пышной вишни цветы,
При расцвете которых
Я любил тебя, друг мой,
Прошедшей весной,
Верно, это тебя здесь приветствуют ныне!

Когда бы вишни дивные цветы
Средь распростертых гор всегда благоухали
День изо дня,
Такой большой любви,
Такой тоски, наверно, мы б не знали!

Я в весеннее поле пошел за цветами,
Мне хотелось собрать там фиалок душистых,
И оно показалось
Так дорого сердцу,
Что всю ночь там провел средь цветов, до рассвета!

Когда схлынет прилив,
Собери ты жемчужные травы морские.
Если дома любимая спросит тебя
О подарке из дальней страны,
Что тогда ей покажешь?

Когда из бухты Таго на простор
Я выйду и взгляну перед собой, –
Сверкая белизной,
Предстанет в вышине
Вершина Фудзи в ослепительном снегу.

На острове этом Карани,
Где срезают жемчужные травы морские,
Если был бы бакланом,
Что живет здесь, у моря,
Я не думал бы столько, наверно, о доме!

Когда ночь наступает,
Ночь, как черные ягоды тута, –
Там, на отмели чистой,
Близ деревьев хисаки,
Часто плачут тидори.

Там, где остров на взморье,
У брегов каменистых,
Поднялись над водою жемчужные травы морские.
И когда наступает прилив и от глаз их скрывает,
Как о них я тогда безутешно тоскую!

На острове Абэ
У скал, где бакланы,
Бегут беспрестанно вдоль берега волны,
И я эти дни беспрестанно тоскую,
Исполненный думой о далеком Янато!

Там где птицы мисаго
В изгибах прибрежных
Зеленые травы “скажи-свое-имя”
И ты их послушай, скажи свое имя!
Пусть даже родители знают об этом!

Ямабэ-но Акахито
(перевод А. Глускиной)

***
. И тщетно тосковать.

Они разделены Небесною Рекою
И кажется, что близки берега,
Что камень долетит вдаль, брошенный рукою,
И все же им помочь
Ничем нельзя.

Хоть близок срок,
Когда взмахнувши рукавами,
Они увидятся, забыв про целый свет,
Но все же переплыть реку – надежды нет,
Доколе осень не настанет!

Любимый мой, с кем с давних пор
Разлучены Рекой Небесной,
Друг против друга мы стоим,
Ты приплывешь к берегам моим,
И я развязываю шнур, готовясь к встрече!

В ладье, плывущей по реке туманной,
Раскинутой в извечных небесах,
Качаясь на волне,
Не нынче ли ночью
Любимый приплывет ко мне?

Со дня того, когда подул нежданно
Осенний ветер,
Думаю всегда: “Когда же наконец
Придет мой друг желанный,
Которого с такой тоскою жду?”

Хотя и облака, и ветер
На том и этом берегу бывают,
Но вести
От жены моей далекой
До берегов моих не достигают.

Небесная Река!
Хотя волна на ней
Не поднимается высоко,
Но все же трудно ждать мне срока, –
Ах, отмель эта так близка!

Лишь жемчугом блеснувший миг,
Побыв вдвоем,
Они должны расстаться
И тщетно тосковать и убиваться
До срока новой встречи в небесах!

Когда бы в облаках я мог парить,
Как в небесах парят свободно птицы.
О, если б крылья мне,
Чтоб друга проводить
К далеким берегам моей столицы!

Приснился мне цветок душистой сливы
И мне сказал доверчиво во сне:
Считаюсь я цветком
Столичным и красивым,
Так дай же плавать мне в вине!

Ныне сердцу моему
Не утешиться ничем!
Словно птицы, что кричат,
Скрывшись в белых облаках,
Громко, в голос плачу я!

Итак, друзья, скорей в страну Ямато!
Туда, где сосны ждут на берегу!
В заливе Мицу,
Где я жил когда-то,
О нас, наверно, память берегут!

Ах, непреступным, вечным, как скала,
Хотелось бы мне в жизни этой быть!
Но тщетно все.
Жизнь эта такова,
Что бег ее нельзя остановить!

Отважным мужем ведь родился я, –
Ужель настал конец короткого пути
Без славы,
Что могла из уст в уста,
Из года в год, из века в век идти?!

Для чего нам серебро,
Золото, каменья эти?
Все – ничтожно.
Всех сокровищ
Драгоценней сердцу дети!

Грустна моя дорога на земле,
В слезах и горе бреду по свету,
Что делать?
Улететь я не могу, –
Не птица я, увы, и крыльев нету!

Словно пена на воде,
Жизнь мгновенна и хрупка,
И живу я, лишь молясь:
О, когда б она была
Длинной, прочной, что канат!

Яманоуэ-но Окура
(перевод А. Глускиной)

***
В душе храню любовь.

Как гуси дикие, что вольной чередой
Несутся с криком выше облаков,
Ты далеко была.
Чтоб встретиться с тобой,
Как долго я блуждал, пока пришел!

Отомо-но Якамоти
(перевод А. Глускиной)

Из песен к возлюбленной,
присланных с цветами померанцев

Померанцы, что цветут предо мною,
Возле дома, среди множества ветвей,
Как хотел бы
Ночью с ясною луною
Показать возлюбленной своей!

Ужель придя к любимому порогу,
Тебя не увидев,
Покинуть вновь твой дом,
Пройдя с мученьем и трудом
Такую дальнюю дорогу!

Когда, подняв свой взор к высоким небесам,
Я вижу этот месяц молодой, –
Встает передо мной изогнутая бровь
Той, с кем один лишь раз
Мне встретится пришлось!

Всегда перед зарей – прислушаться лишь надо –
Осеннею порой,
Едва забрезжит день,
Здесь, сотрясая гор простертые громады,
Рыдает горько в одиночестве олень.

Как будто отголоски дальней бури,
Что с цвета слив сорвали лепестки, –
Так слухи о тебе.
И вот люблю я снова,
И счастлив я, и больше нет тоски!

Как только наступает вечер,
Я открываю дверь в свой дом
И жду любимую,
Что в снах мне говорила:
“К тебе я на свидание приду!”

Отомо-но Якамоти
(перевод А. Глускиной)

***
Сложено при виде
Цветов гвоздики у порога дома

Вот расцвела в саду моем гвоздика,
Что посадила милая моя,
Мне говоря:
“Когда настанет осень,
Любуясь на нее, ты вспоминай меня!”

Сто чинов придворных,
Слуг придворных много,
Но средь них одна – любимая моя,
Та, что безраздельно сердцем моим правит,
Та, что постоянно в думах у меня!

Безжалостная милая моя
О жалости ко мне совсем забыла!
Когда подумаю –
Ведь до каких границ
Ты человеческое сердце иссушила!

В душе
Всегда храню любовь к тебе.
Но не судьба нам встретиться с тобою,
И горя, и тоски я полон!
Лишь издали любуюсь на тебя.

Ни дня, ни ночи
Я не различаю,
Тоскою по тебе
Полна душа моя,
Наверное, во сне ты видела меня?

Того человека,
Что пощады, как видно, не знает,
Я люблю безответной любовью.
И от этой любви
Так печально на сердце.

На тысячи мелких кусков
Сердце мое раскололось, –
Так сильно
Тебя люблю я.
Ужель ты не знаешь об этом?

Чем жить мне так,
Как я живу,
Чем без тебя в тоске томиться,
Хотел бы в дерево, в скалу я превратиться,
Чтоб ни о чем не тосковать!

Страны, где бы не было совсем людей,
Такой страны ужели нет на свете?
Чтобы уйти туда
С любимою моей
И с ней наедине забыть страданья эти!

О, эти встречи
Только в снах с тобой, –
Как это сердцу тяжело.
Проснешься – ищешь, думаешь – ты здесь.
И видишь – нет тебя со мной.

В бренном этом мире, где я прожил долго,
Я еще не видел красоты такой.
Слов не нахожу –
Такой занятный
Маленький мешочек, вышитый тобой.

Читайте также:  Стихи поздравления с днем рождения Юлии

Когда я уходил домой
Рассветной раннею порою,
Моя любимая
Была полна тоски,
И грустный образ все стоит передо мной.

И даже в лжи
Всегда есть доля правды!
И, верно, ты, любимая моя,
На самом деле не любя меня,
Быть может, все-таки немного любишь?

Лишь потому, что много глаз людских,
Мы не встречаемся с тобою.
Но даже в сердце, я не скрою,
Нет мысли у меня
Тебя забыть!

Я развязал свой шнур в надежде,
Что хоть во сне
Увидимся с тобой,
Но, видно, ты о встрече не мечтаешь,
Поэтому и в снах не снишься мне.

И позапрошлый год,
И год прошедший,
И этот год – все так же я люблю!
Но деву милую мою
По-прежнему мне трудно встретить!

Как белая роса, что, засверкав, легла
На травах возле дома моего,
Так жизнь
Недолговечна, как роса,
Но мне ее не жаль, раз нет с тобою счастья!

Отомо-но Якамоти
(перевод А. Глускиной)

Сложено в горе месяц спустя,
когда начал дуть осенний ветер

Хоть знаю я, что этот мир не вечен,
Где смертные живут,
И все же оттого,
Что дышит холодом теперь осенний ветер,
С тоской я вспоминал ее!

И дальше мы с тобой
Должны молчать,
Зачем же вновь
Мы начали встречаться?
Ведь все равно ничем не кончится любовь.

Отомо-но Якамоти
(перевод А. Глускиной)

***
Плач о возлюбленной

Если б знал я, где лежит тот путь,
По которому ты от меня уйдешь,
Я заранее
Заставы бы воздвиг,
Чтобы только удержать тебя!

Отомо-но Якамоти
(перевод А. Глускиной)

***
Четыре песни императрицы Иванохимэ,
сложенные в тоске об императоре-супруге

Так много дней прошло,
Как ты ушел, любимый,
Пойти ли в горы мне тебя искать,
Спешить ли мне к тебе навстречу,
Иль оставаться здесь и снова ждать и ждать.

Чем так мне жить,
Тоскуя о тебе,
О, лучше б умереть,
Чтоб изголовьем стало
Подножие высоких этих гор!

Пока живу, я буду ждать, любимый,
Я буду ждать, пока ты не придешь,
О, долго ждать!
Пока не ляжет иней
На пряди черные распущенных волос.

Тот утренний туман, что дымкой заволок
Колосья риса на осеннем поле,
Исчезнет, уплывая вдаль.
А вот любовь моя?,
Куда она исчезнет?

Хиросиге
Перевод А.Е. Глускиной

***
Четыре песни принца Югэ, сложенные
в думах о принцессе Ки

Быстро мчится Есину-река,
Беспрестанно воды чистые струятся,
Ни на миг не остановятся они.
Пусть бы так же наши встречи продолжались,
Становилась бы сильней любовь..

***
Чем жить, тоскуя о тебе все время,
Любимая моя! О, лучше бы я стал
Цветком простым
Осенних хаги,
Что, отцветя, на землю упал!

***
Подобно кораблю большому,
Что в гавани стоит, качаясь на волнах,
Утратил я покой
И полон я тоскою
Из-за любви к чужой жене!

В помраченье любви
сквозь сон мне привиделся милый –
если б знать я могла,
что пришел он лишь в сновиденье,
никогда бы не просыпалась.

С той поры, как во сне
я образ увидела милый,
мне осталось одно –
уповать в любви безнадежной
на ночные сладкие грезы.

Я не в силах уснуть,
томленьем любовным объята, –
ожидая его,
надеваю ночное платье
наизнанку, кверху исподом.

Вновь приходит рыбак
в ту бухту, где травы морские
уж давно не растут, –
но напрасны его старанья,
упованья на радость встречи.

Разве я проводник,
что должен к деревне рыбачьей
указать ему путь?
Отчего же сердится милый,
что не вывела к тихой бухте.

Японские танка о любви

Глубокомысленные короткие но емкие японские танка Анико Есано – о любви, чувствах, романтике, тоске и сердечных порывах.

***
Всего-то: гость
Прислонился к откосу двери
В моем доме,
И сделался храмом дом.
Сумрак весенний.

***
Всего-то половинка любви –
Любовь без ответа, –
Но разве она пылает не ярче
Слепящего солнца
В высоком небе?

***
Как в былые дни
Называла любовью
Все горести мира,
Так нынче все радости
Смертью зову.

***
Ты – сияние звезд
В зимнем ночном небе.
Кто-то скажет:
Всего одной, –
Отвечу: всех до единой.

***
Вот так, склонившись
Над низким столиком с книгой,
Изойду любовью
И время до самой смерти
Скоротаю.

***
В единый день
Сердце мое,
Мирскую познавшее горечь,
Просквозили – весенний ветр
И осенний – разом.

***
Неотвязная мысль:
Любовь до конца исчерпалась.
Вдруг поняла,
Что горечь печали –
Только любви продолженье.

***
Багряное солнце.
Тяжесть светила закатного
Я бы сравнила
С грузом тяжким
Одного лепестка хурмы.

***
Мечтаю,
Чтобы во тьме щека твоя рдела,
Когда в хижине горной
Я растоплю жарко-жарко
Огонь в очаге.

***
Во весь окоем неоглядный –
Когда бы могла –
Начертала б слова любви
К людям,
Живущим в моей стране.

***
Ветви в цвету –
Ароматные девичьи руки, –
Белея, приветствуют грациозно
Прекрасной весны
Лучшую пору.

***
Влюбленное сердце
Свирепствует,
Словно лев разъяренный,
Но нежности райская птица
Здесь же, рядом.

***
О богиня Медуза, молю,
Окамени меня взглядом,
Чтобы я
В оцепенении сна пребывала
До его возвращения.

Японская поэзия о любви (японские стихи)

Только раз полюбить-
И столько печали.
Какие же муки-
Кому довелось
Многих любить.

(9-й век, автор неизвестен, перевод Мещерякова)

— этот иероглиф означает глагол любить, но японец никогда не скажет: «Я тебя люблю!», он объясняется в любви намеками и иносказаниями.
Как?
Вот и узнаем, познакомившись поближе с японской поэзией о любви!

Начну с стихов Сайге, с древности (10 век).
У странника, бродяги, чья жизнь была непрерывной дорогой, в сердце жила потребность в любви.
***
Она не пришла
А уж в голосе ветра
Слышится ночь.
Как грустно вторят ему
Крики пролетных гусей!

***
Не обещалась она,
Но думал я, вдруг придет.
Так долго я ждал.
О, если б всю ночь не смеркалось
От белого света до белого света!

***
«Несчастный!»-шепнешь ли ты?
Когда бы могло состраданье
Проснуться в сердце твоем!
Незнатен я, но различий
Не знает тоска любви.

Великий поэт 18 века, тоже странник, Басе:

Мелькнула на миг
В красоте своей нерасцветшей
Лик вечерней луны.

***
Ива склонилась и спит
И кажется мне, соловей на ветке-
Это ее душа.

Приведенные выше стихи -переводы Веры Марковой.

Танка Есии Исаму в переводе Александра Долина:
***
Как меня поразило
в тот раз появленье твое!
Поздно ночью, без стука,
ты, промокшая под дождем,
вдруг шагнула через порог….

***
Берег песчаный.
На лодку рыбачью присев,
тебе внимаю-
этой повестью о любви
зачарован и опьянен…

***
Я прелестным «цветком»
очарован -и даже в разлуке
не забыть мне о нем,-
о, когда же суетной страстью
перестанет сердце томиться?

***
Занемог я в пути-
и ночью снова мне снилась
та, с кем счастлив я был,
тот «цветок любви» одинокий…
Настает осеннее утро.

Многие из приведенных мною стихов японских поэтов были написаны экспромтом, на поэтических турнирах, проходивших в Японии еще в глубине веков, стихи сохранились, но имена авторов нередко уже забыты.
Еще бы, Вы только себе представьте, как давно это было, девятый век!
885 год, автор неизвестен, перевод Ворониной:

***
Свиданья ради
Не пожалел бы я и жизни.
Но что мне делать
С этой жизнью,
Когда надежд на встречу нет?!

***
Тебя не вижу
Даже в грезах
И все ж-горю
В огне любви.
вот-вот уж дым заполнит небеса!

Мне очень понравилась японская стихотворная традиция словесной «дуэли» возлюбленных, клятвы неверных любовников и весьма скептическое отношение к ним обманутых дам, не верят они обещаниям!

Клятва любви(Дзи эн, перевод Бреславец):

Просто поверь мне!
А если вдруг
Обман мой повторится,
Что ж, тогда и новые
Упреки я стерплю!

И ответ на эту клятву (Футзивара-но Ерука в переводе Долина):

Долго верила я
и хранила, как вечную зелень,
листья ласковых слов,
но к чему мне палые листья?
Места нет для них-возвращаю!

И другая ответная песня(Отомо Саканое, перевод Глускиной):

***
Когда б ты с самого начала
Не уверял,
Что это -навсегда,
То разве б тосковала б я
Так безутешно, как тоскую ныне?

Идзуми Сикибу в переводе Соколовой-Делюсиной:

***
Что если и мне
Попробовать стать такой же
Жестокосердной?
Ведь чем человек бессердечней,
Тем труднее его разлюбить…

***
Пусть мое сердце
От тоски разорвется на части
На сотни частей —
Ни в одной, даже самой ничтожной,
Любовь к тебе не угаснет.

***
О, если б всегда
Бились сердца согласно-Все как одно.
Чтобы не так, как теперь.
Одни любят, другие не любят.

Схоже сердце мое
с глубокою зимней рекою-
сверху корочка льда,
а под нею, не замерзая,
бесконечно любовь струится

Минуока-но Оери в переводе Долина

Вот такая она, любовь по-японски, сдержанная в проявлении чувств, но сами-то чувства такие же, как и у нас…

Валерия март 2011 года

Читайте в нашем журнале японскую поэзию!
Мы не раз на страницах журнала обращались к теме японской поэзии, каждый из очерков был посвящен отдельной теме — временам года — весне, лету, осени и зиме, конечно, были стихи о любви и бренности бытия.
Очерк «Японская поэзия»

комментариев 18 на “Японская поэзия о любви (японские стихи)”

  1. Юрий 11 Мар 2011 в 7:20 дп

этой повестью о любви
зачарован и опьянен…

Тебя не вижу
Даже в грезах
И все ж-горю
В огне любви.
вот-вот уж дым заполнит небеса!

Подумать только, 885 год, и такие чувства, такой юмор!
Супер!

В предыдущем обсуждении японцев обвинили в сухости, это у них есть.
«Наше все» написал «Я помню чудное мгновенье», назвав даму «гением чистой красоты», а потом написал в письме к другу, сохранившимся в архивах: «И все-таки я ее ….(далее следует непечатное выражение) «.
Не думаю, что у японца меньше грязных мыслей и поступков, но он не станет о них рассказывать.
Никому!

Самое большое впечатление на меня произвели ответы на клятву!
Прелесть, просто прелесть!

Мне очень понравилось выраженные в стихотворении Геннадия http://korostishevsky.org/?p=2284 чувства, хотелось бы от нашего тонко чувствующего поэта услышать подробное мнение о японских стихах и о любви, и о весне, жду рецензий к обеим очеркам от Геннадия!

Некоторое время назад в С-Петербурге был японский фестиваль, вопреки моим ожиданиям, до Москвы он так и не доехал, но несколько фото с него мне прислали, привожу их ниже:

ВСЕМ ЖИВУЩИМ НА ЗЕМЛЕ
СУЖДЕНО ПОКИНУТЬ МИР.
ЕСЛИ ЖДЕТ ТАКОЙ КОНЕЦ,
МИГ, ЧТО ДЛИТСЯ ЖИЗНЬ МОЯ,
БЫТЬ СЧАСТЛИВОЙ ЖАЖДУ Я!

Зоя — это твои стихи? — похвально!
Спасибо — но никогда я не считал себя поэтом.
Японская поэзия — необычная для меня тема. В этом очерке — привлекли меня такие строки стихотворения:

Пусть мое сердце
От тоски разорвется на части
На сотни частей —
Ни в одной, даже самой ничтожной,
Любовь к тебе не угаснет.

Всего пять строчек — а какая глубина выражения чувств!

Нет, Гена, это стихотворение -танка-не сочинено Зоей, она процитировала японское классическое.

Хоть и считается, что все решается на небесах, но на деле судьбою правит случай, Игорь Северянин тоже так считает:
Судьбою нашей правит Случай,
И у него такая стать,
Что вдруг пролившеюся тучей
Он может насмерть захлестать.

Но он же может дать такое
Блаженство каждому из нас,
Что пожалеешь всей душою
О жизни, данной только раз!

[…] очерки “Самураи” и “Японская поэзия о любви” на нашем сайте, любуйтесь пейзажами Японии(видео). […]

[…] на нашем сайте также очерки о японской поэзии о весне и любви, смотрите видео пейзажей Японии! Опубликовано 01 Мар […]

[…] о японской поэзии “Японские поэты о весне” и “Японские поэты о любви”, а также к очерку о Самураях, читайте их на нашем сайте! […]

Прекрасные фото с фестиваля в С-Петербурге.Очень хотелось бы побывать там.

Люде:
Фестиваль уже закончился и был посвящен японской поэзии, а она тебе не понравилась.

Вот интерактивная выставка «Самураи» — не только о самураях, она великолепна и охватывает абсолютно все стороны жизни Японии.

Как я уже писала в очерке о выставке, там можно и кимоно померить, и икебану сделать, и в чайной церемонии поучаствовать и много чего еще!

[…] я писала очерки о японской поэзии о весне и о любви, наступила весна, ничто еще не предвещало трагедии, […]

[…] вашему вниманию очерки: “О бренности бытия” “О любви” “О весне” Видео пейзажей Японии […]

Отличная статья,давно искал такую.Побольше пишите такие полезные статьи.

[…] — весне, лету, осени и зиме, конечно, были стихи о любви и бренности […]

[…] — весне, лету, осени и зиме, конечно, были стихи о любви и бренности […]

[…] — весне, лету, осени и зиме, конечно, были стихи о любви и бренности […]

Спасибо, очерк замечательный!

Февраль

Автор фото — Зоя Сергеева

Разгулялась поземка. Февраль

Разгулялась поземка под вечер,
запуржило, завыла метель,
бьется в окна порывистый ветер, —
то февраль постучался к нам в дверь:

— Принимайте радушно, как гостя,
да помягче готовьте постель,
угодить февралю очень просто, —
пусть стелит ее девка-метель!

Нет девицы прекрасней метели,
всем она, как никто, хороша,
белолицая, пышная в теле,
и незлая при этом душа, —

одеялом из снега укроет,
колыбельную песню споет,
одарит и теплом, и покоем,
проведу с ней всю ночь напролет!

Неразлучны февраль и метели,
и от жара взаимной любви
лед растаял, сугробы осели,
знать, весна на подходе, в пути!

Зоя Сергеева, 01.02.2017

При цитировании не забудьте указать автора
Copyright © Журнал «Культура и общество» 2019 Все права защищены

Японские стихи

Стихи японских поэтов

Дом опустел
И хозяина больше нет
Но красная слива
Что на крыше пустила корни
Не забывает весны.

дрожит в росинке

дрожит в росинке
печаль луны и вечность
как вынести тяжесть
несбывшихся желаний
и слёзы льются, льются.

Ах, осенняя ночь

Ах, осенняя ночь
напрасно считается долгой
Только встретились мы
и слова любви прошептали
как нежданно уже светает

Когда зима приходит

Когда зима приходит
С деревьев листья облетают
И лишь сосна
Зеленой остается
На горном пике

В дороге на ночлег
Под деревом остановлюсь,
Усну в его тени.
Пускай вишневые цветы
Дадут мне этой ночью кров.

Ни высшим блаженством

Ни высшим блаженством
Ни адом
Уже не прельщаясь, стою
Облитый луною
Ни облачка на душе

несётся время
без спроса без оглядки
на день вчерашний
от вечности бросая нам
одно мгновенье жизни.

букетик листьев
зардевшегося клёна
поставлю в вазу
жар осени согреет
иззябнувшее сердце.

Приятно порой
На солнце весеннем пригревшись
Собраться в кружок
И мирно под старою ивой
С друзьями вести беседу.

Трава под клёном

Трава под клёном
в листьях спящих золотых
хранит свой изумруд.
Недолго быть зелёной
ветра уносят листья.

Я полон грусти, расстаюсь с тобой

Я полон грусти, расстаюсь с тобой,
Слезинки светлые дрожат на рукаве,
Как яшма белая…
Я их возьму с собой,
Пусть это будет память о тебе…

Каждую встречу
На нить драгоценную жизни
Спешу нанизать
Так могу ли думать без страха
Что разом все оборвется?

с луной осенней

с луной осенней
прощалась на рассвете
так не дождавшись
звезду спешащую ко мне
чтоб загадать желанье.

в тумане осень
как будто бы колдует
над нашим чувством
и шлёт с проверкой ветер
ты крепче мою руку
держи. не поддавайся

вот и дождалась

вот и дождалась
луна, ты заглянула
в моё окошко
как добр сегодня вечер
ясна и ночь осенняя.

вокруг берёзки
осенний ветер вьётся
и незаметно
листочки обрывает
как будто бы с любовью.

плач саксофона
для двух сердец мятежных
ночное танго
вопрос луны осенней
зачем мы расстаёмся.

идти неспешно
под тихим листопадом
не пропуская внешний шум
забыв про время
ни шагом и ни мыслью
не растревожив сердце.

луне навстречу
синь неба открывает
весенний ветер
ничто не помешает
нам слушать птичьи трели.

плавуч и зыбок
в тумане утопает
мост сновидений
но не решаемся с тобой
совсем его разрушить.

Кто же может сказать

Кто же может сказать
как долги осенние ночи
Ведь известно давно
чем сильнее чувства влюбленных
тем короче часы свиданья

Не ответила я
тому, кто меня добивался
а сейчас, как на грех
тот, кого сама полюбила
мне на чувство не отвечает

о вешних вишнях

о вешних вишнях
храню воспоминанья
вкус спелых ягод
тебе готова милый
дождливой осенью дарить.

Неожиданно
Как встрепенулось сердце
Слова его любви
Сегодня хочу проверить
На белых лепестках ромашки

Поверить спешу
Мимолетному сну, ведь недаром
Ночь за ночью ко мне
Наяву ни разу не встреченный
Ты приходишь, лишь веки сомкну

Как хорошо
Загодя дров нарубив
Ночь напролёт
Праздно лежать у костра
С чаркой простого сакэ!

О, если б ты ушла

О, если б ты ушла, я ждал бы, как луну
Я стал бы ждать, не отрывая взгляда
И все смотрел бы
В сторону одну
Лишь на восток, где ты, моя отрада.

Расстались на заре

Расстались на заре
И лунный лик холодным
Показался. С этих пор
Нет для меня печальнее
Рассвета.

трепещет листик
заброшен в паутину
осенним ветром
судьбы так тонки нити
а сердце грустью полно.

Хокку про любовь

Как влаги глоток,
Взгляд глаз твоих дарит
Веру надежду.

Как мед, сладка мне
Мысль, что ты посмотришь мне
В глаза когда-то.

Как вспышка света,
Красота твоя слепит, ,
Сжимая сердце.

Желанный голос
И совершенство линий:
Я раб навеки.

Я миг слогами
Удлинить готов для нас
В медовый месяц.

Ты не забудешь,
Сладкий сон для нас двоих,
Как пел на ушко.

Услышать нельзя,
То, что спрятано в сердце,
Но слушай стихи.

Пусть слог мой летит,
Как стрела, попадая
В сердечко твое.

Ловлю я толчки,
Что из сердца слогами
Стремятся к тебе.

Ах, если бы стих
Ты услышать могла, что
Из сердца летит.

Я рад уже тем,
Что мой слог шелестел
В ушах ветерком.

Мой слог от тебя
Вернется во взгляде
Задумчивых глаз.

Пусть будет печаль,
Когда ты, улыбнувшись,
Мне скажешь, прощай.

Мой слог зазвенит
Улыбкой на алых губах
И смехом твоим.

Я буду краток,
Сама договоришь ты
Для нас о главном.

Я слогом хочу
Срастить наши души,
Хотя бы на миг.

Нет лучше счастья,
Чем ждать обещанья.
Поёт соловей.

Короче, чем жизнь
Слогов не бывает,
Родившись, звучат.

Услышать нельзя,
То, что спрятано в сердце,
Но слушай стихи.

О, женщина,
Каждая строчка к тебе
От сердца летит.

Как длинна любовь,
Если спрятана в строчках
Коротких стихов.

Зачем мне любовь,
Если нет отраженья
В любимом стихе.

Мой стих, как росток,
Рвет асфальт тишины
Навстречу тебе.

Без спроса мой стих
Ласкает твой слух,
Даря мне мечту.

Твой слух зову я
В союз с моим сердцем
Мгновенье делить.

Мой слог сам найдет
Благодарное ухо,
Что ждало его.

Мой слог выдает
Мой порок – любить красоту
Пусть безответно

Судьба вся в словах,
Если сказаны верно
Навстречу тебе.

Зачем нам слова,
Если чувства важнее,
Летят напрямик.

Без слов нам нельзя,
Хоть так порой не точны.
Пусть скажут глаза.

В словах, как в слезах,
Есть сердечная рана.
Звук – лекарь её.

В словах, как в слезах,
Звенит колокольчик любви
И только тебе.

Тебя я видел,
Не зря прошло мгновенье,
Что выпало мне.

Один лишь вечер
Под луной, и я скажу:
«Мгновение, постой!»

Что скажет взгляд твой
В ответ на мой вопрос,
Что в стуке сердца.

Затмила свет мне
На миг, что больше жизни
И стала солнцем.

Восторгом полон
Мой взгляд, обращённый
К тебе, богиня!

Тебя я вижу,
Значит, существую миг.
Он очень длинен.

Взгляд благодарных глаз,
И не напрасно прожит
В этой жизни день.

Весна диктует
Мне закон, который я
Пишу строкою.

Один твой взгляд и
Ток весны бежит по мне
И будит сердце.

Ты мне сказала
Взглядом о том, что каждый
Мечтал услышать.

Пусть короток век
Горячих страстных чувств.
Надолго память.

Песню мгновений,
Тобой остановленных,
Запомню навек.

Свет лучей солнца
Золотой копной счастья
Нас обнял с тобой

Вместе с тобой мы
Птицу счастья поймали.
Отпустим её?

Миг счастья лови,
Тебе бросаю его,
Осталось поймать.

Как долго прожду
Тот миг, что подарит мне
Скупая судьба?

Мудрая осень,
Научишь ты многих
Мгновенье ценить.

Я бросил мой взгляд,
Вижу глубь голубую
И в ней утонул.

Печаль ваших глаз
Мне так душу волнует.
Зачем мне она?

Веселье в глазах
Так обман мне готовит…
Нет сил устоять.

В который раз я
Написать хочу про то,
Чем грезим все мы.

Наживка любви
Нас морочит напрасно,
Для всех нас своя.

Надежда любви
Морочит так часто,
Чтоб вновь улететь.

Зачем нам любовь,
Коль в обман мы не верим.
Нам мудрость милей

Дороже обман,
Когда правда не греет,
Мы вновь его ждём.

Нам пламя любви
Снова лето дарует,
Чтоб нас опалить.

Нам осень дарит
Пару светлых денёчков,
Напомнить весну.

Если бы знать,
Зачем нас осень манит,
Ведь лето ушло.

Осенью солнце –
Подарок негаданный,
Лета кусочек.

Согрею стихом.
Вот греться захочешь ли?
Я трачу тепло.

Пусть сердце с умом,
Как солнце спорит с тенью.
Пусть будет ничья.

Роза Мира и новое религиозное сознание

Воздушный Замок

  • Игра в бисер – карта
  • Собор – наши авторы
  • Интерактивная книга и форум
  • Тезаурос – образовательный ресурс
  • Галерея
  • Библиотека:
    • Перекличка вестников
    • Фонотека
    • Репортажи и аудиобеседы
    • Детский зал
  • Авторские проекты:
    • Иконология и иеротопия
    • Впадаю в море
    • Философия синтеза
    • Дудачество
    • Современная внеевропейская музыка
    • КАРР!
    • Аэродром

Культурный поиск

Библиотека и фонотека

Японские трехстишия (хокку)

Перевод Веры Марковой

Вечерним вьюнком
Я в плен захвачен… Недвижно
Стою в забытьи.

В небе такая луна,
Словно дерево спилено под корень:
Белеет свежий срез.

Желтый лист плывет.
У какого берега, цикада,
Вдруг проснешься ты?

Ива склонилась и спит.
И, кажется мне, соловей на ветке –
Это ее душа.

Как свищет ветер осенний!
Тогда лишь поймете мои стихи,
Когда заночуете в поле.

И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.

О, проснись, проснись!
Стань товарищем моим,
Спящий мотылек!

С треском лопнул кувшин:
Ночью вода в нем замерзла.
Я пробудился вдруг.

Аиста гнездо на ветру.
А под ним – за пределами бури –
Вишен спокойный цвет.

Долгий день напролет
Поет – и не напоется
Жаворонок весной.

Над простором полей –
Ничем к земле не привязан –
Жаворонок звенит.

Майские льют дожди.
Что это? Лопнул на бочке обод?
Звук неясный ночной.

Чистый родник!
Вверх побежал по моей ноге
Маленький краб.

Нынче выпал ясный день.
Но откуда брызжут капли?
В небе облака клочок.

В похвалу поэту Рика

Будто в руки взял
Молнию, когда во мраке
Ты зажег свечу.

Как быстро летит луна!
На неподвижных ветках
Повисли капли дождя.

О нет, готовых
Я для тебя сравнений не найду,
Трехдневный месяц!

Неподвижно висит
Темная туча в полнеба…
Видно, молнию ждет.

О, сколько их на полях!
Но каждый цветет по-своему –
В этом высший подвиг цветка!

Жизнь свою обвил
Вкруг висячего моста
Этот дикий плющ.

Весна уходит.
Плачут птицы. Глаза у рыб
Полны слезами.

Сад и гора вдали
Дрогнули, движутся, входят
В летний раскрытый дом.

Майские дожди
Водопад похоронили –
Залили водой.

На старом поле битвы

Летние травы
Там, где исчезли герои,
Как сновиденье.

Островки… Островки…
И на сотни осколков дробится
Море летнего дня.

Тишина кругом.
Проникают в сердце скал
Голоса цикад.

Ворота Прилива.
Омывает цаплю по самую грудь
Прохладное море.

Сушатся мелкие окуньки
На ветках ивы… Какая прохлада!
Рыбачьи хижины на берегу.

Намокший, идет под дождем,
Но песни достоин и этот путник,
Не только хаги в цвету.

Расставаясь с другом

Прощальные стихи
На веере хотел я написать –
В руке сломался он.

где некогда затонул колокол

Где ты, луна, теперь?
Как затонувший колокол,
Скрылась на дне морском.

Домик в уединенье.
Луна… Хризантемы… В придачу к ним
Клочок небольшого поля.

В горной деревне

Монахини рассказ
О прежней службе при дворе…
Кругом глубокий снег.

Замшелый могильный камень.
Под ним – наяву это или во сне? –
Голос шепчет молитвы.

Всё кружится стрекоза…
Никак зацепиться не может
За стебли гибкой травы.

Колокол смолк вдалеке,
Но ароматом вечерних цветов
Отзвук его плывет.

Падает с листком…
Нет, смотри! На полдороге
Светлячок вспорхнул.

Хижина рыбака.
Замешался в груду креветок
Одинокий сверчок.

Больной опустился гусь
На поле холодной ночью.
Сон одинокий в пути.

Даже дикого кабана
Закружит, унесет за собою
Этот зимний вихрь полевой!

Печального, меня
Сильнее грустью напои,
Кукушки дальний зов!

В ладоши звонко хлопнул я.
А там, где эхо прозвучало,
Бледнеет летняя луна.

В ночь полнолуния

Друг мне в подарок прислал
Рису, а я его пригласил
В гости к самой луне.

Глубокою стариной
Повеяло… Сад возле храма
Засыпан палым листом.

Так легко-легко
Выплыла – и в облаке
Задумалась луна.

Белый грибок в лесу.
Какой-то лист незнакомый
К шляпке его прилип.

Блестят росинки.
Но есть у них привкус печали,
Не позабудьте!

Верно, эта цикада
Пеньем вся изошла? –
Одна скорлупка осталась.

Опала листва.
Весь мир одноцветен.
Лишь ветер гудит.

Посадили деревья в саду.
Тихо, тихо, чтоб их ободрить,
Шепчет осенний дождь.

Чтоб холодный вихрь
Ароматом напоить, опять раскрылись
Поздней осенью цветы.

Скалы среди криптомерий!
Как заострил их зубцы
Зимний холодный ветер!

Всё засыпал снег.
Одинокая старуха
В хижине лесной.

Не успела отнять руки,
Как уже ветерок весенний
Поселился в зеленом ростке.

Все волнения, всю печаль
Твоего смятенного сердца
Гибкой иве отдай.

Плотно закрыла рот
Раковина морская.
Невыносимый зной!

Кукушка вдаль летит,
А голос долго стелется
За нею по воде.

Памяти поэта Тодзюна

Погостила и ушла
Светлая луна… Остался
Стол о четырех углах.

Увидев выставленную на продажу картину
работы Кано Мотонобу

…Кисти самого Мотонобу!
Как печальна судьба хозяев твоих!
Близятся сумерки года.

Под раскрытым зонтом
Пробираюсь сквозь ветви.
Ивы в первом пуху.

С неба своих вершин
Одни лишь речные ивы
Еще проливают дождь.

Прощаясь с друзьями

Уходит земля из-под ног.
За легкий колос хватаюсь…
Разлуки миг наступил.

Прозрачный Водопад…
Упала в светлую волну
Сосновая игла.

Повисло на солнце
Облако… Вкось по нему –
Перелетные птицы.

Осеннюю мглу
Разбила и гонит прочь
Беседа друзей.

В пути я занемог.
И всё бежит, кружит мой сон
По выжженным полям.

Прядка волос покойной матери

Если в руки ее возьму,
Растает – так слезы мой горячи! –
Осенний иней волос.

Весеннее утро.
Над каждым холмом безымянным
Прозрачная дымка.

По горной тропинке иду.
Вдруг стало мне отчего-то легко.
Фиалки в густой траве.

На горном перевале

До столицы – там, вдали, –
Остается половина неба…
Снеговые облака.

Ей только девять дней.
Но знают и поля и горы:
Весна опять пришла.

Там, где когда-то высилась

Паутинки в вышине.
Снова образ Будды вижу
На подножии пустом.

Парящих жаворонков выше
Я в небе отдохнуть присел –
На самом гребне перевала.

Посещая город Нара

В день рождения Будды
Он родился на свет,
Маленький олененок.

Там, куда улетает
Крик предрассветный кукушки,
Что там? – Далекий остров.

Храм Сумадэра.
Слышу, флейта играет сама собой
В темной гуще деревьев.

КЁРАЙ (1651–1704)

Как же это, друзья?
Человек глядит на вишни в цвету,
А на поясе длинный меч!

На смерть младшей сестры

Увы, в руке моей,
Слабея неприметно,
Погас мой светлячок.

ИССЁ (1653–1688)

Видели всё на свете
Мои глаза – и вернулись
К вам, белые хризантемы.

РАНСЭЦУ (1654–1707)

Осенняя луна
Сосну рисует тушью
На синих небесах.

Цветок… И еще цветок…
Так распускается слива,
Так прибывает тепло.

Я в полночь посмотрел:
Переменила русло
Небесная река.

КИКАКУ (1661–1707)

Мошек легкий рой
Вверх летит – плавучий мост
Для моей мечты.

Нищий на пути!
Летом вся его одежда –
Небо и земля.

Ко мне на заре в сновиденье
Пришла моя мать… Не гони ее
Криком своим, кукушка!

Как рыбки красивы твои!
Но если бы только, старый рыбак,
Ты мог их попробовать сам!

Заплатила дань
Земному и затихла,
Как море в летний день.

ДЗЁСО (1662–1704)

И поля и горы –
Снег тихонько всё украл…
Сразу стало пусто.

С неба льется лунный свет.
Спряталась в тени кумирни
Ослепленная сова.

ОНИЦУРА (1661–1738)

Некуда воду из чана
Выплеснуть мне теперь…
Всюду поют цикады!

ТИЁ (1703–1775)

За ночь вьюнок обвился
Вкруг бадьи моего колодца…
У соседа воды возьму!

На смерть маленького сына

О мой ловец стрекоз!
Куда в неведомую даль
Ты нынче забежал?

Полнолуния ночь!
Даже птицы не заперли
Двери в гнездах своих.

Роса на цветах шафрана!
Прольется на землю она
И станет простой водою…

О светлая луна!
Я шла и шла к тебе,
А ты всё далеко.

Только их крики слышны…
Белые цапли невидимы
Утром на свежем снегу.

Сливы весенний цвет
Дарит свой аромат человеку…
Тому, кто ветку сломал.

Бушует осенний вихрь!
Едва народившийся месяц
Вот-вот он сметет с небес.

СИКО (1665–1731)

О кленовые листья!
Крылья вы обжигаете
Пролетающим птицам.

БУСОН (1716–1783)

От этой ивы
Начинается сумрак вечерний.
Дорога в поле.

Вот из ящика вышли…
Разве ваши лица могла я забыть.
Пора праздничных кукол.

Грузный колокол.
А на самом его краю
Дремлет бабочка.

Лишь вершину Фудзи
Под собой не погребли
Молодые листья.

Прохладный ветерок.
Колокола покинув,
Плывет вечерний звон.

Старый колодец в селе.
Рыба метнулась за мошкой…
Темный всплеск в глубине.

Ливень грозовой!
За траву чуть держится
Стайка воробьев.

Луна так ярко светит!
Столкнулся вдруг со мной
Слепец – и засмеялся…

«Буря началась!» –
Грабитель на дороге
Предостерег меня.

Холод до сердца проник:
На гребень жены покойной
В спальне я наступил.

Ударил я топором
И замер… Каким ароматом
Повеяло в зимнем лесу!

К западу лунный свет
Движется. Тени цветов
Идут на восток.

Летняя ночь коротка.
Засверкали на гусенице
Капли рассветной росы.

КИТО (1741–1789)

Я встретил гонца на пути.
Весенний ветер, играя,
Раскрытым письмом шелестит.

Ливень грозовой!
Замертво упавший
Оживает конь.

Идешь по облакам,
И вдруг на горной тропке
Сквозь дождь – вишневый цвет!

ИССА (1768–1827)

Так кричит фазан,
Будто это он открыл
Первую звезду.

Стаял зимний снег.
Озарились радостью
Даже лица звезд.

Чужих меж нами нет!
Все мы друг другу братья
Под вишнями в цвету.

Смотри-ка, соловей
Поет всё ту же песню
И пред лицом господ!

Пролетный дикий гусь!
Скажи мне, странствия свои
С каких ты начал лет?

О цикада, не плачь!
Нет любви без разлуки
Даже для звезд в небесах.

Стаяли снега –
И полна вдруг вся деревня
Шумной детворой!

Ах, не топчи траву!
Там светляки сияли
Вчера ночной порой.

Вот выплыла луна,
И самый мелкий кустик
На праздник приглашен.

Верно, в прежней жизни
Ты сестрой моей была,
Грустная кукушка…

Дерево – на сруб…
А птицы беззаботно
Гнездышко там вьют!

По дороге не ссорьтесь,
Помогайте друг другу, как братья,
Перелетные птицы!

На смерть маленького сына

Наша жизнь – росинка.
Пусть лишь капелька росы
Наша жизнь – и всё же…

О, если б осенний вихрь
Столько опавших листьев принес,
Чтобы согреть очаг!

Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи
Вверх, до самых высот!

В зарослях сорной травы,
Смотрите, какие прекрасные
Бабочки родились!

Я наказал ребенка,
Но привязал его к дереву там,
Где дует прохладный ветер.

Печальный мир!
Даже когда расцветают вишни…
Даже тогда…

Так я и знал наперед,
Что они красивы, эти грибы,
Убивающие людей!

Стихи: танка о любви: Ночь была коротка

Стихи о любви (японские танка)

641
О кукушка, ответь,
наяву иль во сне твою песню
слышал я сквозь туман,
возвращаясь домой от милой
на заре по росной тропинке.
(Неизвестный автор)

642
Вот забрезжил рассвет —
и значит, пора возвращаться,
чтобы в утренней мгле
уберечь от сплетен досужих
драгоценное имя милой…
(Неизвестный автор)
643
Лишь открою глаза —
и полнится сердце тоскою.
Вспоминая тебя,
я готов, как иней, растаять
поутру под лучами солнца…
(Оэ-но Тисато)
644
Мимолетен был сон
той ночи, что вместе с тобою
я однажды провел, —
все мечтаю вернуть виденье,
но оно стремительно тает…
(Аривара-но Нарихира)
645
Ты ко мне приходил
иль сама я тебя посетила?
Наяву иль во сне
мы увиделись этой ночью? —
Я, увы, не в силах ответить…
(Неизвестный автор)
646
Я всю ночь проплутал
в потемках, что сердце сокрыли,
и скажу лишь одно —
пусть за нас другие рассудят,
что тут явь, а что сновиденье…
(Аривара-но Нарихира)
647
Ночь была коротка,
черна, словно ягоды тута, —
и, хотя наяву
довелось мне свидеться с милой,
право, лучше жить в сновиденьях.
(Неизвестный автор)
648
Так была коротка
желанная ночь нашей встречи
под неясной луной,
что плыла в заоблачных далях!
Вновь томится сердце тоскою…
(Неизвестный автор)
649
Люди в Нанива, в Цу,
о встрече ночной не узнают,
не осудят тебя —
только ты о нашем свиданье,
как и я, никому ни слова.
(Неизвестный автор)
650
Я напрасно мечтал,
что в тайне любовь сохранится, —
ведь из самых глубин
выплывают гнилые бревна
и несет их Река Наветов…
(Неизвестный автор)
651
Сердце рвется к тебе,
словно в Ёсино воды потока,
и молю об одном —
чтобы рокотом водопада
не разнесся слух по округе…
(Неизвестный автор)
652
Если любишь меня,
таи от людей свои чувства,
спрячь поглубже любовь —
словно пурпурную окраску
дорогого нижнего платья!
(Неизвестный автор)
653
Сердце в путах любви —
что туго завязанный узел
на исподнем шнурке.
Как цветущий мискант, открыты
мы с тобою для пересудов…
(Оно-но Харукадзэ)
654
В тайне чувства храним —
а что, коль один из влюбленных
вдруг умрет от любви?
Как носить тогда перед всеми
в цвет глициний[262] крашеный траур.
(Неизвестный автор)
655
Если б в муках любви
ушла ты из бренного мира —
безутешен, в слезах,
я бы траурные одежды надевал,
должно быть, ночами…
(Татибана-но Киёки)
656
Пусть бы лишь наяву —
но как же досадно и горько
в сновиденьях ночных
вновь ловить отголоски сплетен,
любопытных жадные взоры.
(Оно-но Комати)
657
Нет преград для меня!
Я снова явлюсь тебе ночью
в озаренье любви —
не страшна полночная стража
на дороге грез и видений…
(Оно-но Комати)

658
Я дорогою грез
вновь украдкой спешу на свиданье
в сновиденьях ночных —
но, увы, ни единой встречи
наяву не могу дождаться…
(Оно-но Комати)
659
Полноводной реке
преградила теченье плотина,
высока и крепка, —
любопытных жадные взоры
не дают нам встретиться с милой…
(Неизвестный автор)
660
Если волны несут
твое сердце навстречу любимой,
ток стремительных вод
все равно не сдержать плотине,
что воздвигли жадные взоры…
(Неизвестный автор)
661
На поляне лесной,
укрывшись в траве, пламенеет
ярко-алый бутон —
пусть погибну от мук сердечных,
я любви своей не открою.
(Ки-но Томонори)
662
Как на зимнем пруду
одинокая утка ныряет
в беспросветную глубь,
я тебе отдаюсь на милость,
но молю — никому ни слова.
(Осикоти-но Мицунэ)
663
Первый иней укрыл
поздней осенью листья бамбука —
ночи все холодней,
но листва, как любовь, в морозы
не меняет прежней окраски…
(Осикоти-но Мицунэ)
664
Ах, неужто и впрямь
разнесутся в Ямасине слухи,
о любви разгласив,
как с горы Отова — Шум Крыльев
донеслось крылатое эхо?!
(Неизвестный автор)
665
Днем к родным берегам
плавно катятся волны прилива —
но свиданье с тобой
ждет меня лишь в сумраке ночи,
что сокроет травы морские…
(Киёхара-но Фукаябу)

666
Как отринуть тебя?!
В бесчисленных перерожденьях
будем вместе навек —
не иссякнуть прозрачным водам,
что струит река Сира[265] -кава…
(Тайра-но Садафун)
667
Слишком тяжко любить
и в тайне хранить свое чувство —
не корите меня,
если падают градом слезы,
словно бисер с порванной нити.
(Ки-но Томонори)
668
Если больше невмочь
от света таить наши чувства —
пусть любовь расцветет
цветом горного мандарина,
что красуется на утесе.
(Ки-но Томонори)
669
Ненадежный челнок,
плывет мое доброе имя
в бурном море молвы,
но, увы, так редки свиданья —
словно водоросли в прибое.
(Неизвестный автор)
670
Слезы льются рекой —
уж залито все изголовье,
что должно сохранить
память наших ночных свиданий,
тайну той любви отлетевшей…
(Тайра-но Садафун)

Ссылка на основную публикацию
×
×